Хаос

Хаос. Начну с того, что даёт трещину в самом языке: это не имя, не герб и не граница на карте. Это рана в реальности, через которую в мир сочится невозможное. В хрониках Империума его называют Великим Врагом, Архиврагом, Пожирателем Миров. Но я, Орикан Прорицатель, называю его просто Хаосом — и этим словом я описываю не армию, а свойство самого бытия.

В 41-м тысячелетии Хаос — одновременно и фракция, и сила, и проклятие, и, если угодно, неизбежный итог всякой амбиции. Его воинства — Легионы Предателей, что когда-то присягали Императору, а ныне носят отметины тёмных богов. Среди них — Железные Воины, сыны Пертурабо, мастера осад и фортификаций, чья гордыня была перемолота в ненависть. Именно они появляются в двух хрониках, о которых я веду речь: в осаде Кастеллакса и в культе Фортификатора на Лубентине.

Кастеллакс. Планета с тремя городами-крепостями? Подробности утрачены, но суть такова: Железные Воины под командованием Над-Капитана Валлакса ведут затяжную осаду против орков. Идут месяцы, может, годы — для легионеров Хаоса время иное. Валлакс — старый воин, не привыкший к поражениям, но его силы истаивают: орки накатывают волна за волной, а с тыла бьют рабы и янычары, поднявшие мятеж. Восстание возглавляют Таофан и Юйсян — имена, не достойные упоминания в великой хронике, но они использовали атаку орков как прикрытие и захватили командный пункт полковника Неринга. Вся война начала рассыпаться.

Но подлинное предательство пришло не от рабов. Фабрикатор Ориакс, техножрец, служивший Железным Воинам, оставил Валлакса умирать в самый разгар битвы. Таков Хаос: он не выбирает между людьми, орками и машинами — он просто ждёт, когда в душе треснет верность. Ориакс, вероятно, решил, что Валлакс — отработанный материал, а его гибель очистит путь для более сильного лидера. Валлакс, однако, не погиб. Орки пытали его, резали, ломали — но он выжил, и жажда мести стала его личным демоном. Насколько это делает его более хаоситским, чем другие? В глазах Империума — никакой разницы.

Тем временем отряд Рапторов «Безликие» под командованием Родаана выполнял миссии, которые в имперских анналах назвали бы самоубийственными. Они уничтожили орочью боевую крепость, прорвались сквозь осадные линии, угнали бомбардировщик — и тут свою злобу показали собственные батареи Железных Воинов, сбившие их. Таков железный порядок Хаоса: даже свои стреляют в тебя, если ты перестал быть полезен. Но «Безликие» выжили и добрались до Погреба — места, где Железные Воины оставляют павших.

В Погребе ждал Мерихем. Некогда брат по легиону, он был захвачен порчей Облитератора — вирусом/благословением Хаоса, который превращает плоть в живой металл и орудия. Мерихем стал чудовищем: не просто космодесантник, а слиток из плоти и стали, стреляющий из рук и пожирающий души. Родаан пришёл забрать его тело или вернуть его разум, но Мерихем не желал возвращения. Кровавая бойня в Погребе — это гимн тому, что Хаос делает с теми, кого касается: даже величайшая воля ломается, если внутренний демон получает боеприпасы. Родаан сражался с братом, пытаясь вытащить его обратно на сторону легиона. Ирония в том, что для Хаоса нет «стороны» — есть только волны варпа и их приливы. В конце концов Мерихем, вероятно, пал от руки Родаана. Или нет? Анналы обрываются.

Кастеллакс был потерян для Железных Воинов. Рабы и саботаж техножрецов подорвали власть легиона; орки, даже без Валлакса, продолжали наступать. Сама планета стала иллюстрацией Хаоса: нет единого врага, нет героев, есть лишь бойня, в которой каждый — предатель каждого.

Теперь перенесёмся на Лубентину, в город Тарсис. Внешне — обычный имперский мир, где Собор Фортификатора возвышается над шпилем. Собор посвящён святому, погибшему при защите этого мира; его останки хранятся в Гробе Фортификатора — реликвии, которую даже космодесантники Хаоса считают ценной. Но не из-за святости.

Культ Катаклизма. Это восстание, тайно управляемое генокрадами, — чужеродной расой, не имеющей отношения к Хаосу. Однако для Империума любое отклонение от Имперской Истины — Хаос. В этом ошибка, которая стоила жизни миллионам. Магус-псайкер Бакасур, лидер культа, использовал психические силы для координации гибридов и аберрантов. Имперские силы, оборонявшие собор, возглавляла сестра Тришала из Ордена Мрачной Клятвы. Она была фанатична, но не глупа. Кардинал-губернатор Мурдан решил, что удержать весь Тарсис невозможно, и приказал сдать большую часть города, сосредоточив силы на космопорте, шпиле и соборе. Логика имперских генералов: если нельзя сохранить всё, сохрани самое главное, а остальное сожги.

Культисты не стали штурмовать собор. Они проникли внутрь под видом беженцев и похитили Гроб Фортификатора. Для Тришалы это был удар в самое сердце веры. Она бросилась в погоню, попала в засаду, потеряла сестру Решму — но узнала, что на планету прибыли космодесантники Хаоса. Значит, в этом замешана рука Архиврага? Или просто совпадение? В галактике 41 тысячелетия совпадений не бывает.

Железные Воины под командованием Родаана — того самого, что оставил Мерихема в Погребе? — появились на Лубентине с целью вернуть Декатерион. Что это? Древнее изобретение примарха Пертурабо, созданное, возможно, ещё до Ереси Хоруса. Его считали утерянным, но Родаан знал, что он спрятан в Гробе Фортификатора. Зачем Железным Воинам мощь, способная изменить ход войны? Родаан и его колдун Корнак, используя варп-видения, выследили культистов и вступили с ними в бой в катакомбах под горой Рама.

Это столкновение двух «тёмных» сил: Хаоса и Чужеродного. Культ был для Железных Воинов лишь досадным препятствием, но Бакасур оказался опасен. Магус, вероятно, пытался использовать психические энергии варпа, но Хаос — не услуга. Родаан убил его, однако в предсмертном крике Бакасур призвал Патриарха генокрадов — гигантское чудовище, которое Родаану пришлось одолеть в ожесточённой схватке. Это важно: силы Хаоса могут победить любого врага, но их победы никогда не бывают чистыми. Родаан забрал Декатерион из шкатулки, и тут его собственный разум — или воля его тёмных хозяев — заставил его уничтожить артефакт, бросив его в солнце. Почему? Он сказал, что такая мощь не должна существовать. Но, возможно, он испугался, что Декатерион сможет угрожать самим богам Хаоса. Некоторые знания слишком опасны даже для Предателей.

Пока Железные Воины пробивались через город, Тришала вернулась в собор и обнаружила предательство уже внутри имперских рядов. Капитан Дебдан и прелат Азад, заражённые генокультом, пытались открыть Великие Врата для орды генокрадов. Тришала убила предателей и закрыла ворота. Но её победа была бесполезна: Совет планеты, возглавляемый Мурданом, отказался верить в ксеносов. Генокрады? Невозможно. Всё списали на мутацию и мятеж. Тришала предъявила коготь генокрада — и её доводы отвергли. Тогда Мурдан приказал артиллерийский обстрел горы Рама, не считаясь с жертвами среди собственных солдат. Империя пожрала своих детей.

Вся эта история — о Хаосе, но в кривом зеркале. Генокрады не являются Хаосом, однако их культ действует по тем же законам: тайное проникновение, разложение изнутри, использование психической силы. Хуже того, генокрады — это биологическая угроза, тогда как Хаос — угроза духовная. И всё же Империум видит в них одно и то же: нечто, что отрицает порядок. Поэтому Хаос побеждает даже тогда, когда его нет: страх перед ним заставляет Империум уничтожать само себя.

Родаан, тем временем, не стал атаковать собор напрямую. Он использовал тактику и хитрость, ища скрытый вход. Бакасур, выживший после встречи с Родааном (или его дух? — хроники смутны), проник в святилище собора через тоннель, прорытый генокрадами. Концовка обрывается, но суть ясна: на Лубентине Железные Воины получили то, за чем пришли, — хотя и не то, чего хотели.

Теперь о самом Хаосе. Не думайте, что это армия с генералами и знамёнами. Хаос — это варп, океан чистой эмоции, в котором плавают боги: Кхорн, бог ярости; Тзинч, бог перемен; Нургл, бог разложения; Слаанеш, бог излишеств. Они не персонажи в нашем смысле слова — они архетипы, усиленные поклонением и страданиями. Легионы Хаоса — лишь волны на поверхности этого океана.

Железные Воины — одни из самых показательных слуг Хаоса, потому что они не поклоняются крови или чуме. Они поклоняются мрачной эффективности, стали и обороне. Пертурабо, их примарх, стал демоном-принцем, и его легион следует по пути нескончаемой осады. На Кастеллаксе они осаждали орков; на Лубентине они сражались с генокрадами. Но их настоящая война — с Империумом, с памятью о том, что они когда-то были верны. В каждом из них сидит червь сомнения, который Хаос превратил в оружие.

Облитератор Мерихем — пример того, что делает Хаос с телом и душой. Это не просто мутация, это благословение-проклятие: живая плоть становится боеприпасом, а воля растворяется в железе. Мерихем перестал быть личностью, но остался смертоносным инструментом. Родаан, который пытался вернуть его, сам носит внутри аналогичного червя — иначе он не был бы Железным Воином.

Ирония в том, что обе описанные хроники включают не Хаос в чистом виде, а его производные. Кастеллакс — это орки, рабы и предательство. Лубентина — генокрады, культ и имперская паранойя. Хаос проявляется в трещинах между этими силами: в бегстве Ориакса, в падении Валлакса, в видениях Корнака, в решении Родаана уничтожить Декатерион. Он не в битвах, а в выборах, которые делают существа.

Можно ли датировать эти события? Имперские архивариусы поставили бы «M41» — но для Хаоса время не линейно. Варп не подчиняется календарям. Осада Кастеллакса и культ Лубентины могли произойти с разницей в десятилетия или быть параллельными. Родаан якобы появляется в обеих, но это может быть одно и то же лицо или просто тёзка? Не знаю. Я — хроникёр, но даже я вижу, как Хаос скрывает свои следы.

Декатерион — отдельная загадка. Пертурабо изобрёл его задолго до Ереси. Возможно, это было оружие, способное разрушать варп-структуры, или что-то, что могло использовать энергию варпа против самих богов. Именно поэтому Родаан, верный своим хозяевам, уничтожил его: ни один слуга Хаоса не должен владеть оружием, способным убить богов. В этом выражается парадоксальная верность Хаосу: даже предатели подчиняются иерархии, просто их иерархия — безумие.

На Кастеллаксе Валлакс, выживший после оркских пыток, жаждал мести. Его судьба неизвестна, но он наверняка стал ещё одним мучеником/чудовищем Хаоса. На Лубентине Тришала, святая воительница, потеряла всё, но не веру. Мурдан, кардинал-губернатор, приказал обстрелять собственную гору — и, вероятно, погиб при этом. Хаос не различает тех, кто ему служит, и тех, кто сражается против него: он всех растворяет в себе.

В конечном счёте, что я, Орикан, могу сказать о Хаосе? Это самая честная сила в галактике: она обещает то, что даёт, — бесконечную мутацию, бесконечную войну, бесконечное разложение. Империум обещает порядок, но его порядок держится на насилии и невежестве. Хаос обещает свободу, но его свобода — это рабство собственным страстям. Между ними нет выбора; есть только предпочтение формы гибели.

Эти две книги — «Осада Кастеллакса» и «Культ Фортификатора» — разыгрывают одни и те же темы: предательство, восстание, поиск реликвий, неспособность империи понять угрозу. В центре обеих — Железные Воины. Даже когда их нет на странице, их присутствие ощущается. И Хаос — единственный, кто смеётся последним.