Дайн

В хрониках Бадабской войны хватает имен, что остались лишь строкой в донесении, но без них вся бойня превратилась бы в пустую карту. Брат-ветеран Дайн из ордена Красных Скорпионов — именно такой человек. В момент, запечатлённый в архивах, он стоит по грудь в дыму на станции Горечь, закованный в тактические дредноутские доспехи, и его авточувства докладывают о фигурах на сводчатой платформе. Он узнаёт их по тяжёлой поступи и слаженному перекрёстному огню: космический десант, перешедший к Гурону. «Гнусные предатели, братья-отступники, лизоблюды Гурона», — думает Дайн, и мысль эта не холодна, а раскалена изнутри. Весть о том, что лорд-командор Ортис пал от руки Тирана, обожгла его сильнее болтерных попаданий; он понимает, что даже все жизни Астральных Когтей не станут достаточной платой.

Красные Скорпионы не славятся показными жестами. Их дисциплина суха и безжалостна, и Дайн отвечает врагу не проклятиями, а огнём. Штурмовая пушка в его кулаках просыпается двухметровой вспышкой, и сводчатая платформа превращается в мешанину металла, искр и разорванной плоти. Одна бронированная фигура летит вниз, за ней вторая, третья; мимо ветерана проносятся отстреленные конечности, дымящийся керамит. Когда ураган затихает, из-под шлема вырывается только: «Не хватит, далеко не хватит». Это не просто слова бойца, дорвавшегося до мести. Это подсчёт, который ветеран ведёт самим фактом боя: каждый уничтоженный отступник лишь приближает миг, когда долг будет выплачен.

Горечь — не просто станция. В этом узле Бадабского сектора лоялисты попытались остановить волну сецессии, и Дайн оказывается одной из стен, на которые эта волна обрушивается. После гибели Ортиса сепаратисты перехватывают инициативу, Бледные Звёзды оказываются отрезаны, а война превращается в кровавое месиво, где не будет победителей. Но такие, как Дайн, продолжают драться — не ради славы, не ради наград, а потому, что отступники уже запятнали галактику предательством, и только огонь штурмовых пушек способен выжечь это пятно. Хроника сохранила обрывок его боя; этого обрывка достаточно, чтобы понять: Империум держится не на молитвах и даже не на приказах, а на злобе ветеранов, которые знают цену крови.