Порфириан

Порфириан — сержант отделения «Орфеон» ордена Железных Змеев, волею войны и бюрократии оказавшийся в той точке сектора Миров Саббаты, где правосудие Империума растеряло все следы, кроме кровавых. Крестовый поход уже двадцать пять лет перемалывал эти миры, но дело, доставшееся Порфириану, пахло не фронтом, а канцелярией: Ордо Еретикус не смогло найти пропавший исправительный корвет «Экскоммуникадо», и искать его отправили космодесанта. Сержант вёл «Серпентру» сквозь молчащую систему Валенс, мимо брошенных мониторов, рудовозов и горнообогатительных станций. Мир-улей Валенс-160, с его миллиардами жителей, не отвечал на вокс-вызовы, и это был самый красноречивый ответ, который Порфириану доводилось получать от планеты.

Он не разделял трепета смертных перед мёртвой системой. Для Адептус Астартес тишина была лишь источником информации, и Порфириан выжимал из неё всё: опознал корвет, восстановил обстоятельства его исчезновения, сопоставил доклады. «Экскоммуникадо» шёл с Сапиенции на Хулан, в крепость Инквизиции, и вёз военачальника еретиков Шолена Скару — мясника, на руках которого была кровь миллионов. Эскорт из фрегатов «Фальшион» также пропал. Ордо Еретикус уже списало потерю на недостаточные меры безопасности, а Департаменто Муниторум попыталось обвинить Хулан. Порфириану хватило вида обломков, чтобы понять: потеря была неизбежна, и виноват в ней сектор, а не винтики имперской машины.

Сам он имел определённое мнение о судьбе Скары. Сержант считал, что зачистившие Сапиенцию силы Милитарум Темпестус совершили ошибку, оставив еретика в живых, — такого врага следовало казнить на месте, а не перевозить по воюющему сектору. Представитель комиссариата сообщил, что приказ не казнить шёл сверху, возможно, от комиссар-полковника Ибрама Гаунта. Порфириан, никогда не видевший Гаунта, не замедлил посчитать его глупцом. На борту «Экскоммуникадо» его ожидания подтвердились: камера Скары была демонтирована до винтика, на переборках красовалась символика культа «Своих», а сам корабль напоминал скотобойню.

Андромед, лишь недавно ставший боевым братом отделения «Орфеон», восстановил бортовой журнал, и картина сложилась окончательно. Шолен Скара симулировал болезнь, принудив корабль изменить курс на Валенс-160. Там лихтеры с планеты взяли корвет на абордаж, орды «Своих» превратили экипаж в кровавую кашу, а пленника вытащили на поверхность. Теперь Порфириану предстояло то, что он делал лучше всего: забрать у мира то, что мир прятал. Десантный корабль «Итакариад» пробился сквозь мёртвый улей, снёс под-шпиль ракетой «Адский удар», расстрелял толпы культистов. Высадка на крышу плавильни произошла под вой орд, и на магистрали улья завязался бой, в котором космодесантники бились тактически, а противник — числом и остервенением.

Культисты, не знавшие иного способа победить, обрушили на Железных Змеев «ливень из тел». Порфириан оказался погребён под кучей трупов, но выбрался, всё ещё сжимая силовое копьё. В единоборстве со Скарой он не стал тратить слова на приговор: пригвоздил еретика к челноку ударом копья. Задание Ордо Еретикус было выполнено с той прямотой, какой бюрократия не ждала от космодесанта. Отдав приказы о спасении отделения, сержант оставил мир-улей догорать в его собственном смраде — возможно, впервые за долгое время отыскав в походе не только смерть, но и смысл.