Оборона Соты: Плач Эгиды

Оборона Соты: Плач Эгиды (англ. The Defence of Sotha: Aegida's Lament) — значимое сражение времён Ереси Хоруса, в котором силы легиона-предателя Повелителей Ночи попытались взять под свой контроль таинственный артефакт горы Фарос, расположенной на планете Сота.

Измалывающая Эра Тьмы продолжала тянуться год за годом, и пламя войны распространялось по целой Галактике, пожирая всё на своём пути. Армии и миры превращались в пепел, а во многих случаях в живых не оставалось никого, кто смог бы засвидетельствовать принесённые жертвы или совершённые злодеяния. В это время каждый легион использовал уникальные формирования для ведения военных действий в собственной манере, прибегая к нестандартным, зачастую отвратительным тактикам. Многие эти формирования исчезли в последующие годы, их традиции оказались уничтожены, однако приведённые записи сохранили сведения о некоторых, дабы будущие поколения имели возможность узнать об ужасах, что были обрушены на Галактику сыновьями-изменниками Императора и выступившими против них отважными героями.

На закате 010.М31 изолированную систему Сота поглотила свирепая буря. Потрёпанные флотилии легиона Повелителей Ночи, совсем недавно прошедшие сквозь кровавое горнило Трамасского крестового похода, сокрушили орбитальную оборону Ультрамаринов и захватили контроль над этим отдалённым уголком Ультрамара. Подобное положение дел не могло не вызвать гнева властителей Пятисот Миров, чьи флотские силы существенно превосходили численностью корабли Повелителей Ночи — со стороны приказ о нападении казался необдуманной авантюрой, ведь призом в ней, казалось, был всего лишь очередной пограничный мирок на окраине Империума. Однако в действительности на Соте находилось нечто гораздо более ценное, нежели ресурсы или рекруты — а именно артефакт, известный как «Фарос». Данное устройство являлось ключом к обороне Ультрамаринов и желанной добычей, которая позволила бы полевым командирам Повелителей Ночи претендовать на благосклонность Воителя.

Один из своевольных военачальников был избран для того, чтобы командовать первоначальным ударом по планете. Эта честь досталась мастеру когтя Заару Сиакаару. Сей воин, чьи амбиции существенно превосходили осторожность, в присутствии всех собравшихся Повелителей Ночи бахвалился победой, которую его войска одержат на Соте. Подобный успех позволил бы ему высоко подняться в глазах лишившегося полноценного лидера VIII легиона (ибо Ночной Призрак пропал без вести после финальной битвы Трамасского крестового похода) и предоставил бы шанс обрести истинное могущество. Впрочем, немногих из наиболее авторитетных капитанов VIII легиона заботило хвастовство щенка и выскочки. Эти мрачные ветераны предоставили мастеру когтя шанс, а некоторые даже предложили собственных воинов из числа элитных Атраментаров для поддержки его вторжения. Ослеплённый грёзами о славе, Заар Сиакаар поверил им на слово и переместил свои корабли в авангард флота.

Преддверием планетарной высадки мастера когтя стал шквал снарядов макропушек и зажигательных боеприпасов, беспорядочно выпущенных между жилыми зонами, чтобы разрушить здания и разжечь пожар, стремительно распространившийся по всему Сотополису. Следом за ними стремительно снижались волны десантных капсул и планетарных десантно-штурмовых кораблей, на борту которых располагались основные силы 7 рот VIII легиона — включая личную роту Сиакаара и Атраментаров в авангарде наступления. Тысячи ракет устремились ввысь по следам горящего прометия, а вслед за ними небеса пронзил лазерный огонь зенитных батарей Соты, превративших небо в огненный ураган. Тем не менее на каждую уничтоженную десантную капсулу приходились десятки других, они приземлялись на городских окраинах и извергали наружу свой смертоносный груз. В течение нескольких коротких часов горизонт скрылся за облаками дыма, а Повелители Ночи начали бесчинствовать на улицах гибнущего города, обрушиваясь на поспешно выстроенные ряды роты «Эгида» из легиона Ультрамаринов, тщетно пытавшейся защитить город и его жителей.

Мастер когтя Заар Сиакаар лично командовал наступлением из своего командного «Спартанца», координируя действия свирепствовавших на городских улицах Повелителей Ночи. Обязанности его личных телохранителей исполняли элитные терминаторы-Атраментары — эти злобные убийцы, набранные из числа бойцов 1-й роты пропавшего капитана Севатара, теперь рассредоточились среди различных рот и банд расколотого VIII легиона, чтобы играть роль силовиков для других военачальников Повелителей Ночи. Бронетанковый клин захватчиков собрался вокруг командного «Спартанца»; бронетранспортёры «Лендрейдер-Протей» и «Носорог-Деймос» везли в своих чревах десант в броне цвета полуночи, в то время как стремительные штурмовые танки «Сабля» и хорошо вооружённые «Сикараны-Венаторы» действовали в качестве сил поддержки. Сиакаар передал один-единственный вокс-сигнал по всем частотам VIII легиона, и колонна машин устремилась вперёд по улицам Сотополиса к укреплённому кастеллуму XIII легиона, стоявшему на страже подступов к скрывавшей Фарос горе.

Вторжение быстро переросло в бойню — Повелители Ночи вымещали гнев за своё поражение в секторе Трамас на защитниках Соты. Эскадрильи «Лендспидеров-Протеев» и отделения мотоциклистов следовали в авангарде основных сил Повелителей Ночи, загоняя бегущих в панике граждан прямиком к жаждущим крови клинкам VIII легиона. Вой цепного оружия и рёв болтеров в сочетании с воплями перепуганного насмерть населения образовали настоящую какофонию страданий, эхом прокатившуюся по всему Сотополису. Ультрамарины отступали под натиском захватчиков, выигрывая время собственными жизнями и удерживая импровизированные блокпосты в отважной попытке эвакуировать из города как можно больше гражданских. Однако в скором времени начало сказываться численное превосходство неприятеля; в связи с этим воины XIII легиона организовали череду контрударов, дабы обрушить целые секции зданий поперёк линии наступления Повелителей Ночи, давя вражеских легионеров и блокируя проход бронетехники. И всё же VIII легион продолжал наступать; Сиакаар и его Атраментары сокрушали любое сопротивление гусеницами своего могучего «Спартанца». Впереди танкового строя неслись стаи Ночных Рапторов — перепрыгивая через обломки с помощью контролируемых запусков своих прыжковых ранцев, они приземлялись среди воинов Ультрамара и рвали их на части зазубренными мечами и зловещими крючковатыми топорами. Очаги сопротивления по всему городу окружались и ликвидировались, а выживших раненых зачастую утаскивали в пыточные ямы VIII легиона, обрекая пленников на невероятные муки.

Потрёпанные остатки гарнизона Ультрамаринов решили расположиться на площади Аттика — единственном перевалочном пункте, где сходились все ведущие к кастеллуму дороги. Центурион Виерон Экарр, последний из оставшихся в городе офицеров XIII легиона, воспользовался шансом сплотить отступающие силы Ультрамаринов, пока Повелители Ночи остановили своё продвижение ради запугивания и истребления оставшихся в ловушке города мирных граждан. Несмотря на весь хаос отступления, дисциплинированному центуриону удалось собрать значительные силы защитников — от помятых в бою фаланг прорывников до мрачных когорт сюзеренов-инвиктариев. Эти мстительные воины сцепили щиты пред взором мраморной статуи Робаута Жиллимана, несущего факел Имперского Единства, полные решимости не посрамить своего примарха и задержать врага на достаточно долгое время, чтобы те, кто занимался эвакуацией города, успели укрепить кастеллум перед лицом финального удара Повелителей Ночи. Пара дредноутов модели «Дередео», древние Менаррио и Арган, заняли позиции по обе стороны от монумента, устремив стволы своих автопушек «Анвилус» в небеса, в то время как уцелевшие «Хищники» и «Сикараны» блокировали продвижение неприятеля в сторону кастеллума.

Повелители Ночи отреагировали типичным для своей безжалостной натуры образом, загнав на площадь сотни захваченных мирных жителей, каждому из которых зашили веки или же вырвали глаза из черепа. Следом за толпой несчастных граждан Соты двигались эскадроны «Лендрейдеров» и бронетранспортёров «Носорог», везущих на площадь всё ещё живые тела захваченных неофитов Ультрамаринов, лишённых кожи и прибитых к корпусам в мучительной и развратной пародии на аквилу Императора. Танки XIII легиона, чьи экипажи оказались ошеломлены кошмарным зрелищем на краткий, но вместе с тем решающий миг, открыли запоздалый огонь; хотя несколько вражеских машин исчезли в шквале разрывных снарядов и плазменных взрывов, большинство пересекли площадь целыми и невредимыми. Ударная группа Повелителей Ночи прокатилась через спотыкающихся гражданских, оставляя за собой след перемолотых тел вперемешку с реками крови, после чего резко остановилась аккурат перед позициями Ультрамаринов. Штурмовые аппарели с оглушительным грохотом упали, после чего из тьмы их внутреннего пространства наружу хлынули отряды разорителей и отделения Ужаса VIII легиона. Десятки легионеров-предателей с убийственной яростью устремились к кобальтово-синей стене щитов.

Виерон Экарр расположился в первой шеренге; последнего выжившего офицера Ультрамаринов окружал заслон из золотых с синим бронированных тел, щиты его людей наложились один на другой, формируя оборонительный барьер. Прозвучал приказ «Ciringite Frontem», и превосходно вымуштрованные легионеры Ультрамара подняли щиты выше, готовясь отразить атаку. Первые из Повелителей Ночи бросились вперёд с цепными клинками и болт-пистолетами, стремясь отыскать брешь в стене щитов, способную позволить им сломать вражеский строй. Многие оказались сбиты с ног ударами абордажных щитов, чьи хозяева сражались в идеальной синхронности. Внезапно стена открылась, и сюзерены сразили ближайших Повелителей Ночи молниеносными ударами легатских силовых топоров, после чего вновь сомкнули ряды. Атака утратила импульс и застопорилась, многие из бойцов VIII легиона были вынуждены защищаться, однако другие продолжали атаковать.

Ультрамарины сражались в той самой дисциплинированной манере, которой славился их легион, блокируя вражеские удары и делая выпады силовыми мечами-гладиями, чтобы убить или же покалечить своего противника. Напротив, Повелители Ночи дрались как дебоширы и уличные головорезы, используя тела погибших товарищей в качестве ступеней, чтобы перепрыгивать через стену щитов, после чего валили врагов на землю, взрезая мягкие сочленения брони и паля из болт-пистолетов в упор прямо в глазные линзы. Перехватчики «Ксифон» и «Огненные Птицы» в полночной синеве VIII легиона пикировали с небес и неслись по улицам, чтобы обрушить на тылы позиций Ультрамаринов погибельный град из болтерных пушек «Мститель» и лазерных орудий, с немалым риском для себя выдерживая ответный огонь батарей противовоздушной обороны кастеллума в попытке разъярить врага до такой степени, чтобы тот опустошил весь свой боезапас как можно скорее. Десятки легионеров были разорваны в кровавые клочья, а танки «Хищник» превратились в пылающие остовы, прежде чем поток бронебойных снарядов почтенных дредноутов «Дередео» XIII легиона заставил вражеские самолёты врезаться в почерневшие от огня здания Сотополиса. Мёртвые Ультрамарины и Повелители Ночи буквально устилали землю, а оборонительный строй защитников города сократился до 1/3 своей первоначальной численности.

Окружавшая статую Жиллимана стена щитов восстановилась, но теперь благородные черты изваяния были покрыты рытвинами от попаданий и запачканы сажей вперемешку с кровью; раненые Ультрамарины, которым посчастливилось попасть под прикрытие стены щитов апотекариев легиона, продолжали вести огонь из-за плеч стоявших впереди братьев. Время для сражавшихся легионов, казалось, замедлилось, ведь обе стороны упорно отказывались сдаваться. Когда ситуация стала патовой, одинокий штурмовой танк «Спартанец», безмолвно стоявший среди машин Повелителей Ночи, активировал свои двигатели. Поначалу металлический исполин двигался неспешно и с грохотом, но затем, приближаясь к яростной рукопашной схватке на окраине площади, набрал скорость. Чувствуя, что действия его «пушечного мяса» в достаточной степени ослабили лоялистов, мастер когтя Сиакаар и его надменные стражи-Атраментары сочли, что настал момент вступить в бой и одержать лёгкую победу. «Спартанец» врезался в плотную толпу Ультрамаринов и Повелителей Ночи, безо всякого разбора перемалывая своими могучими траками бронированные тела как врагов, так и друзей в кровавое месиво.

Стена щитов рухнула, и Повелители Ночи хлынули через брешь в стремлении раздавить окружённых Ультрамаринов. Опустилась аппарель «Спартанца», и на поле боя вышли Сиакаар и Атраментары. Эти неповоротливые воины, облачённые в видавшие виды тёмно-синие доспехи, украшенные вырванными из человеческих тел трофеями, разили направо и налево нострамскими цепными глефами, истребляя всех, кто вставал у них на пути. Разрубленные Ультрамарины падали, словно скошенная пшеница под ударами жнеца, и даже легионеры Повелителей Ночи, приближавшиеся слишком близко к мастеру когтя, не избежали гнева Атраментаров, ибо те не испытывали особого доверия к своим вероломным братьям после начала разложения VIII легиона. Двое Атраментаров распознали центуриона Виерона Экарра среди его собратьев по изысканно украшенному панцирю мастерской работы и атаковали его ударами цепных глеф в стремлении заявить права на убийство, способное решить исход сражения. Центурион едва держался против натиска чудовищных терминаторов, но тут трое его выживших сюзеренов бросились на защиту своего господина. Один из Атраментаров схватил ближайшего Повелителя Ночи и швырнул его в сторону атакующих сюзеренов, сумев выиграть достаточно времени, чтобы выстрелить одному из чемпионов Ультрамара в грудь из плазменного бластера, после чего врезался в остальных, свирепо описывая широкие дуги цепной глефой. Занятый схваткой со вторым Атраментаром, Виерон Экарр не заметил, как за его спиной возникла зловещая фигура Сиакаара. Пальцы-лезвия грозового когтя вышли из груди Ультрамарина, разорвав на части оба сердца прежде, чем его шлем и голова были жестоко оторваны от тела жужжащими зубьями цепной глефы.

Со смертью своего командующего оставшиеся Ультрамарины оказались по-настоящему сломлены, и последние из их числа встретили смерть среди разбитых доспехов и погнутых щитов погибших собратьев. Лишь пепел и трупы отмечали недолгое пребывание Ультрамаринов на площади Аттика, в то время как мастер когтя Сиакаар стоял на пороге славы, ибо триумф в Сотополисе практически гарантировал ему высокое положение среди новых военачальников VIII легиона. Но едва предводитель Повелителей Ночи остановился, чтобы нанести свою метку на окровавленное тело центуриона Экарра, назначенные в подчинение Сиакаара Атраментары сомкнулись вокруг него, активировав клинки и подняв заряженные болтеры. Неповоротливые терминаторы неумолимо следовали полученным на орбите приказам об уничтожении тщеславного мастера когтя, посмевшего выйти за пределы предназначенной ему роли. Сиакаар позабыл о суровой максиме, которую Ночной Призрак привил своим сынам: честь и слава ничего не стоят, да и победа мимолётна. Важна одна лишь воля владеть ножом, а также сила направить его туда, куда должно.

Тем временем лоялистские силы, включая 500 Тёмных Ангелов, 50 Имперских Кулаков и контингенты Расколотых легионов под общим командованием Адалла и Алексиса Полукса, организовали контратаку. Несмотря на гибель Экарра, они смогли перегруппироваться. В ходе затяжного сражения Повелители Ночи постепенно теряли инициативу. В конечном итоге их флот был разгромлен, а наземные силы уничтожены или обращены в бегство. Почти все из 20 000 легионеров VIII легиона погибли или отступили. Только линкор класса «Глориана» «Сумерки» — флагман легиона — сумел уйти с остатками сил.

Итогом стала решительная победа Империум Секундус. Артефакт Фарос остался под контролем лоялистов, что позволило сохранить оборону Ультрамара. Потери лоялистов составили 947 легионеров Ультрамаринов и все 500 Тёмных Ангелов. Эта битва стала одной из самых ярких страниц в истории обороны Империума во время Ереси Хоруса.