Уркратос

Уркратос — из тех тёмных адмиралов, которых Хаос выпускает в реальное пространство не ради одного лишь грабежа, а ради того, чтобы война стала расчётом. Он носит все признаки высшего слуги Абаддона: в его жилах нет крови, но есть воля, и эта воля держит вместе разномастный флот — от истрепанных варпом крейсеров до боевых формаций берсерков Кхорна. Имперские хроники помнят его имя по Готической войне, когда боевой крейсер «Кузнец преисподней», подчинённый Уркратосу, резал конвои и пробивал обороны миров, как хирургический инструмент Тёмных богов. Сам демон-лорд при этом оставался фигурой загадочной: он не появлялся на передовой, не расточал себя в патологиях боя, но именно его приказы приводили флот в узлы, где смерть приносила наибольший урожай.

У Каэронии Уркратос занял позицию наблюдателя — и это не была трусость. Планета-кузница, отданная Тёмному Механикуму, превращалась в чудовищный организм из металла и плоти; хрустальные носители данных росли из недр, как сталактиты информ-ереси, а техножрецы молились Тзинчу, переписывая себя в новые версии. Демон-лорд изучал это превращение, как архивариус изучает редкую рукопись, и называл происходящее своим подношением. Он не торопился вводить в бой все корабли; достаточно было держать планету в кольце, чтобы жертва не выскользнула и чтобы каждый последующий крик на поверхности записывался в колонку «исполнено».

Столкновение с флотилией контр-адмирала Хорстгельда Уркратос выиграл так же, как выигрывают шахматную партию: потерями, а не атакой. «Пьета», паломнический корабль, доверившийся Богу-Императору, была протаранена «Кузнецом преисподней» и развалилась на осколки; «Трибунал», инквизиторский крейсер, пытался прикрыть отходящих, но лишился маневренности и был взят абордажными командами. Хорстгельд погиб на палубе, отражая волну за волной чужих, — его смерть для Уркратоса была не триумфом, а стандартной записью в сводке о боестолкновении. Демон-лорд вообще не считал Империум противником, достойным страсти; он считал его добычей, которую следует разобрать по частям.

Если у Хаоса есть архив, то Уркратос — один из его самых старательных регистраторов. Он принимал подношения, вел флот, следил за превращением Каэронии и не спускался на поверхность, потому что планета должна была дозреть, как плод на ветке варпа. Серые Рыцари, режущие внизу слуг Механикума, занимали его ум не больше, чем записи прежних схваток; каждое убитое существо лишь подтверждало, что вселенная — правильно устроенный механизм гибели. Так Уркратос и остаётся в историях: не кричащим богом битвы, а холодным инвентаризатором, который записывает в свои реестры миры, корабли и крови смертных, пока Хаос пересчитывает прибыль.