Питер Зорамбус
Краткое содержание
Лжепророк, возомнивший себя Извечным Принцем, водил за нос целую планету, пока не встретил Властелина Смерти. Его «чудо» оказалось дешёвым розыгрышем — и расплата пришла клинком Рацела.
Полное описание
Питер Зорамбус, известный на Дивинусе Прим как Извечный Принц, был не столько пророком, сколько актёром, возомнившим себя автором пьесы. На самом деле он — марионетка, и нити тянутся к твари, которую его слуги называли «монахом». Зорамбус явился на затерянный храмовый мир, скрытый за варп-завесой, и принялся плести религиозную войну. Он провозгласил, что неверующие скрывают от Императора Его собственную силу, что Окаменелый меч должен быть освобождён и очистить Галактику. Под этим знаменем — под криком «За Обет!» — он собрал драгунов, отступников и клятвопреступников, разорил города и подвёл армию к стенам Вольгатиса.
Лицо Зорамбуса всегда было приветливым. Эту же улыбку видели в Тарнском аббатстве, когда он ещё только начинал свою проповедь. Он улыбался, глядя, как его сторонники гибнут на заснеженной дороге перед крепостью; улыбался, когда приказывал пытать пленных; улыбался, когда из плоти его собственных союзников вырывались демоны. Дхармия, девочка, потерявшая семью из-за его лжи, запомнила его именно таким — обманщиком и вором. Старшая сестра Мелитас говорила о нём с презрением: лжецы не могут вечно скрывать свою истинную природу, а Зорамбус — всего лишь обманщик и вор, любящий помпезные речи. Она была права, но одной правды недостаточно, чтобы остановить того, кто служит Бездне.
Война Зорамбуса не была обычным завоеванием. Он называл её состязанием, розыгрышем, игрой. Когда лексиканий Кровавых Ангелов Мефистон спросил его напрямую, Зорамбус рассмеялся: «Ты лишь пешка в игре. Нет, даже не в игре. В розыгрыше!» Для него человеческие жизни, обеты, святыни — всё это были фигуры на доске. Он признал, что скрывал Дивинус Прим, чтобы сыграть свою партию. Но против кого? Против Мефистона? Или против того, кто стоял за самим Властелином Смерти? В какой-то момент Зорамбус неохотно кивнул старшему библиарию: «Должен признать, ты сыграл хорошо, брат». После этих слов он спросил, где канонисса, и предположил, что Мефистон убил её первой. Это была насмешка, проверка, часть всё того же спектакля.
В день решающей битвы Зорамбус стоял на дороге перед Вольгатисом. Он отвесил драгуну тяжёлую звонкую пощёчину и потребовал ответа. Драгун, истекая кровью, плюнул в лицо лжепророку и прокричал: «Чтобы остановить неверующих, скрывающих силу Императора от Него. Чтобы освободить Окаменелый меч!» Зорамбус расхохотался. Нет, ошибаешься, ты лишь пешка. Он не играл в войну — он играл людьми. Драгун был лишь инструментом, и когда разговор наскучил, Зорамбус вонзил меч в грудь мучимого им человека. Этот жест стал сигналом: колдун выводил в воздухе руну, и земля под Вольгатисом застонала. Шесть каменных голиафов, древних статуй, ожили и начали молотить по стенам кулаками размером с танк. Крепость, державшаяся столетиями, рушилась на глазах. Серафимы в панике спрыгивали со стен на прыжковых ранцах; Сестры Битвы метались среди обломков; библиарии пытались вытащить раненых. А Зорамбус всё улыбался.
Колдовские силы Зорамбуса были разнообразны и отвратительны. Он владел фальшионом, который мог отражать жидкое пламя Витаруса. Он умел превращаться в размазанное световое пятно и возникать в другом месте. Он призвал демонов из плоти командующего драгунами Хесбона: несчастный взорвался, и твари вырвались из его тела, завывая и бросаясь на стены. Он мог вселяться в чужие тела: когда череп эпистолярия Рацела начал раздуваться, библиарии с ужасом поняли, что перед ними уже не их брат, а Питер Зорамбус в доспехах Кровавого Ангела. Он умел дробить собственную плоть: когда Рацел пронзил его мечом на дороге, Зорамбус рассыпался на рой серебристых созданий, похожих на змей и насекомых, — чешуйниц-переростков, которые набросились на эпистолярия и принялись искать уязвимые места в керамите. Лишь молния с острия Витаруса и пси-огонь Антроса обратили их в пепел.
Мефистон, Властелин Смерти, был единственным, кто всерьёз испугал Зорамбуса. В поединке на дороге старший библиарий обрушился на Извечного Принца с такой силой, что они пропахали в земле борозду. Зорамбус ускользал, ухмылялся, скалился, но отступал. Он споткнулся о груду трупов и едва успел отвести огонь Витаруса собственным клинком. «Слишком поздно!» — крикнул он, и в этот момент Вольгатис начал умирать. Но Мефистон не простил ему разрушения крепости. Он заключил колдуна в кровавую сферу — алую клетку, искрившую, словно силовое оружие. Зорамбус бил по внутренней стене сферы фальшионом, и каждый удар сопровождался вспышкой психических сил, но сфера лишь растягивалась. Чернокнижник выл от злости. Когда Мефистон на миг отвлёкся на гибель Вольгатиса, Зорамбус рассек сферу мечом и хлынул наружу в фонтане крови. Его доспехи стали такими же красными, как у Мефистона. Он попятился, опираясь на меч, как на костыль, и рассмеялся: «Значит, мы оба проиграем. Окаменелый меч дос...» Он не договорил. Острие мерцающего клинка вышло из его груди — Рацел нанёс удар со спины. «Поражения бывают разные», — сказал эпистолярий. Зорамбус ухмыльнулся и рассыпался на серебристых тварей.
Но это была не смерть, а очередной трюк. Вскоре он снова появился — на этот раз верхом на огромном змеевидном существе с кричаще-яркими крыльями и вытянутой птичьей головой. На нём были ослепительно-белые доспехи. Он неспешно приближался к воротам Вольгатиса, перешагивая через груды тел, и на лице его играла всё та же приветливая улыбка. «Старый друг!» — воскликнул он, обращаясь к Мефистону. — «Разве вы не поняли, кто он? Чего он хочет? Мы оба лишь игроки в одной игре, великой игре. Ангел хочет похитить ваше величайшее сокровище так же сильно, как и я». Он надеялся перессорить защитников, но Сестры Битвы встретили его ненавистью и молчанием. Они знали, что Мефистон тоже пришёл за Окаменелым мечом, и всё равно сражались с ним бок о бок. Это вывело Зорамбуса из себя. Улыбка поблекла, лицо начало подёргиваться. «Ничтожества! — процедил он. — А ведь так разглагольствовали об обетах, о верной службе!» Он воздел меч к зеркалу неба и заговорил о Чуде: «Хоть кто-нибудь из вас понимает, что означает Чудо? Это истинное чудо, а не салонный фокус во имя заплесневелого трупа на Терре». Он спрыгнул со змея, поднял одного из умирающих драгунов и принялся трясти его, спрашивая, за что тот погиб. «Скажи мне, за что ты сражался!» — рявкнул он, но это была не жажда истины, а глумление.
За всеми его действиями стоял хозяин. Однажды Зорамбус предстал перед существом, которое мерцало и дёргалось, отбрасывая бесчисленные тени. У твари была цепкая птичья лапа вместо руки и извивающаяся, шипящая серебристая змея вместо другой. Из-под капюшона виднелся похожий на коготь клюв. Зорамбус побледнел и согнулся в глубоком поклоне: «Мой господин, надеюсь, что на сей раз представление пришлось вам по вкусу». Монах ответил хором голосов: «Игра окончилась и началась. Клинок был виден, незрим. Почти в руках». Он спросил: «Ливия в крепости?» И Зорамбус ужаснулся. Ведьма Ливия добралась до святилища Эдикула Сакрум. «Это должен быть я, мой господин. Я! — заорал Зорамбус, вцепляясь себе в волосы. — Девчонка не может послужить вам. Она — дура!» Но монах лишь прогремел: «Дура, которая обставила тебя и обставит с добычей!» Тогда Зорамбус обернулся к Хесбону и изверг поток непонятных слов. Драгун взорвался, и из его плоти вырвались демоны. Так Извечный Принц пытался отсрочить свой позор.
Ливия была не просто воровкой. Она оказалась той, кто сумела сделать то, что не удалось Зорамбусу, — вынести Окаменелый меч из-под носа у всех. Зорамбус гнался за этим артефактом, убивал ради него, разрушил Вольгатис, растлил целую планету — а девчонка, которую он называл дурой, просто пришла и взяла клинок. В финале, когда колдун всёлился в Рацела и вступил в последний бой с Мефистоном, святая Офиуса, истекая кровью, кричала Властелину Смерти: «Он обманывает тебя! Забудь о нём. Помни, что ты должен сделать. Иди же в крепость! Его приятельница-колдунья уже у Эдикула Сакрум». Но Мефистон, ослеплённый яростью при виде поруганного друга, не слушал. Он обрушил на Зорамбуса всю мощь Дара: каменная дорога оторвалась от земли, скалобетон вздыбился, и чернокнижник покатился по склону. Зорамбус призвал пёстрые крылья и попытался улететь, но Мефистон настигал его. Гора содрогалась от столкновений их клинков.
Конец Извечного Принца был таким же театральным, как и вся его жизнь. Мефистон убил его — но гнев Властелина Смерти оказался слишком велик. Алый огонь вырвался из-под контроля, уничтожая всё вокруг. Антроса едва не затянуло в варп-разлом, Рацел был тяжело ранен, долина превратилась в выжженную пустошь. А Ливия с Окаменелым мечом исчезла в ущелье. Мефистон позволил ей уйти. Он понял, что клинок был лишь приманкой, что истинная цель — кукловод, стоящий за Зорамбусом, тот самый монах. Поражение Зорамбуса обернулось не победой, а началом новой охоты.
Зорамбус был безумцем, но безумие его было расчётливым. Он умел убеждать, умел играть на вере, умел превращать людей в орудия и выбрасывать их, когда они становились не нужны. Он называл себя пророком, а сам не верил ни в Императора, ни в Обет, ни в собственное «чудо». Для него существовал только один бог — воля его хозяина, и только одна цель — добыть Окаменелый меч. Он был игрушкой, но игрушкой опасной, потому что умел двигать другими игрушками. В этом и заключалась его трагедия: он считал себя игроком, а сам был пешкой в розыгрыше, устроенном силой, которая видела на много ходов вперёд. Дхармия, глядя на гибель его армии, кричала со стен: «Вот что бывает с теми, кто отвергает Обет!» Но Зорамбус уже ничего не слышал. Его тело рассыпалось в серебристую мерзость, его имя стало синонимом лжи, и только монах, улыбаясь в тени, продолжал грезить о бесконечности.
Ключевые факты
Собраны ИИ по текстам книг и источникам базы.
-
Питер Зорамбус — полное имя Извечного Принца, действующего на Дивинусе Прим.
-
Зорамбус именуется лжепророком и чернокнижником, а не истинным служителем Императора.
-
Он провозгласил лозунг «За Обет» и собирал сторонников обещанием освободить Окаменелый меч.
-
Зорамбус лично допрашивал пленного драгуна и убил его ударом меча в грудь.
-
Он называл войну за Вольгатис «розыгрышем» и «состязанием» с Мефистоном.
-
Зорамбус признал, что скрывал Дивинус Прим, чтобы сыграть в игру.
-
Колдун оживил шесть каменных голиафов, которые разрушили стены Вольгатиса.
-
Мефистон заключил Зорамбуса в кровавую сферу, но тот выбрался, разрубив её фальшионом.
-
После побега из сферы доспехи Зорамбуса стали красными, как у Мефистона.
-
Рацел пронзил Зорамбуса мечом со спины, но тот рассыпался на серебристых чешуйниц.
-
Серебристые твари, в которые превратился Зорамбус, атаковали Рацела и были уничтожены Мефистоном и Антросом.
-
Зорамбус служил демоническому существу, именуемому «монахом», у которого была птичья лапа и клюв.
-
Монах упрекнул Зорамбуса в том, что ведьма Ливия опередила его и добралась до святилища.
-
Зорамбус превратил командующего драгунами Хесбона в сосуд, из плоти которого вырвались демоны.
-
Позже Зорамбус появился верхом на огромном змеевидном существе с крыльями и птичьей головой.
-
Он пытался раскрыть защитникам Вольгатиса, что Мефистон тоже хочет заполучить Окаменелый меч.
-
Зорамбус называл Императора «заплесневелым трупом на Терре» и высмеивал веру Сестер Битвы.
-
Зорамбус вселился в тело эпистолярия Рацела, и его лицо приняло добродушную усмешку.
-
Святая Офиуса предупреждала Мефистона, что Зорамбус обманывает его, и призывала идти в крепость к Эдикулу Сакрум.
-
Мефистон уничтожил Зорамбуса в финальной схватке, но его ярость едва не сожгла долину.
-
Ливия сбежала с Окаменелым мечом, а Мефистон сознательно позволил ей уйти, чтобы выследить кукловода.
-
Дхармия и старшая сестра Мелитас считали Зорамбуса обманщиком и вором, виновным в гибели их народа.
Связи (18)
| Цель | Предикаты |
|---|---|
| Архикардинал Дравус | связан с |
| Вольгатис | связан с |
| Голем | создатель |
| Дивинус Прим | находится в |
| Дравус | союзник |
| Дхармия | противостоит |
| Ливия | противостоит |
| Луций Антрос | враг |
| Мефистон | враг |
| Монах | служит |
| Мормота | находится в |
| Окаменелый меч | связан с |
| Рацел | противостоит |
| Святая Офиуса | враг, противостоит, противостоит |
| Хесбон | связан с, используется |
Атрибуты
| титулы | Извечный Принц, лжепророк, чернокнижник |
| оружие | фальшион, колдовские руны |
| покровитель | демонический «монах» с птичьей лапой и клювом |
| цель | Окаменелый меч |
| форма_после_смерти | рой серебристых чешуйниц |
| доспехи | ослепительно-белые; после побега из кровавой сферы — красные |
| ездовое_существо | змей с яркими крыльями и птичьей головой |
| итог | уничтожен Мефистоном; Окаменелый меч ушёл к Ливии |
Хронология
Питер Зорамбус поднимает на Дивинусе Прим движение отступников под лозунгом «За Обет» и начинает охоту за Окаменелым мечом.
Зорамбус появляется в Тарнском аббатстве с приветливой улыбкой и ложными проповедями, уводящими людей с пути Императора.
Армия Зорамбуса осаждает крепость Вольгатис, которую обороняют Сестры Битвы, серафимы и библиарии Кровавых Ангелов.
Зорамбус объявляет Мефистону, что всё происходящее — состязание, и оживляет шесть каменных голиафов для разрушения стен Вольгатиса.
Мефистон заключает Зорамбуса в кровавую сферу, но колдун выбирается, разрубив её фальшионом.
Рацел пронзает Зорамбуса мечом со спины; колдун рассыпается на серебристых чешуйниц, которых уничтожают Мефистон и Антрос.
Зорамбус предстаёт перед демоническим «монахом» и выслушивает упрёк: ведьма Ливия опередила его в добыче клинка.
Зорамбус возвращается верхом на змеевидном существе и пытается перессорить защитников Вольгатиса, раскрывая цель Мефистона.
Зорамбус вселяется в тело эпистолярия Рацела и вступает в бой с Мефистоном.
Мефистон уничтожает Зорамбуса; его ярость едва не сжигает долину, а Ливия сбегает с Окаменелым мечом.
Обратная связь
Заметили неточность или ошибку?
Рекомендации
Граф связей
Текстовые фрагменты (5)
Диалог между Ливией и девочкой Дхармией о природе веры — слепой и осознанной. Ливия критикует серафимов за самоуверенность, а затем замечает приближение синих демонов (порождений Зорамбуса). Отряд Ливии (ополченцы с цепными мечами) пробирается через внутренние укрепления монастыря к святилищу Эдику…
Фрагмент описывает кульминационный момент битвы за Вольгатис. Лексиканий Антрос пробивается через руины, уничтожая демонов, и встречает выживших сестер Сороритас. Он находит Мефистона, который с помощью кровавой магии опутывает и уничтожает сотни демонов. После изгнания демонов появляется Извечный …
В этом фрагменте Зорамбус продолжает допрос драгуна, а Мефистон объявляет, что это состязание. Зорамбус признаёт, что Мефистон сыграл хорошо. Затем он заклинает шесть колоссальных статуй, которые начинают крушить стены Вольгатиса. Антрос и Рацел спасаются прыжком с рушащейся стены. Антрос видит, ка…
На склоне горы Вольгатис Мефистон (Властелин Смерти) вступает в бой с Питером Зорамбусом, колдуном, захватившим тело Рацела. Святая Офиуса предупреждает Мефистона об обмане, но тот, ослепленный гневом, атакует. Одновременно Антрос пробивается к крепости, где ищет Окаменелый меч. Сестры Битвы сражаю…
После гибели Зорамбуса Мефистон теряет контроль, извергая алый огонь, уничтожающий все вокруг. Рацел ранен, но выживает. Мефистон, придя в себя, видит, как Ливия с мечом прыгает в ущелье. Антрос, затягиваемый в разлом, в отчаянии просит Мефистона остановить её, но тот не делает попытки перехватить.…