Военный Схолариат

Военный Схолариат (англ. Scholariate at Arms) — это одна из палат каликсидского Ордо Маллеус, где служат самые решительные и успешные инквизиторы сектора. Схолариат существует с самого основания Каликсиды, а его владения можно найти как в величественном Трезубце, так и на многих мирах сектора. Нынешний проктор этой палаты — воинственный лорд-инквизитор Ганк Дар, ветеран множества битв с демонами и один из самых приближённых к лорду Кайдину людей. Дар по разным поводам принимал титул магистра совета Каликсидского конклава более 10 раз. Он твёрд как гранит и надёжен как скала. Многие слышали о Даре, но никто не может сказать, какую из фракций он поддерживает. Неизвестно даже, пуританин он или радикал. Иные говорят, что лорд-инквизитор принадлежит к тайной, никому не известной фракции и ведёт Схолариат по избранному ей пути. На самом же деле, Дар — один из тех редких людей, что способны пренебречь различиями в мировоззрении ради блага общего дела. Именно такие мужчины и женщины всегда и возглавляли эту палату.

Военный Схолариат состоит из инквизиторов, принадлежащих к самым разным фракциям, как пуританским, так и радикалистским. Обычно в палаты входят люди схожих взглядов, и кажется, что подобный механизм может работать, только если убеждения входящих в него инквизиторов и их проктора совпадают. Но Схолариат всегда был исключением. Его члены — ревнивые к чужим успехам соперники, стремящиеся превзойти друг друга даже перед лицом смерти. Некоторые считают, что это вызывает постоянное напряжение сил всех инквизиторов, благодаря чему вся организация и работает столь успешно. Другие полагают само существование Схолариата чрезвычайно странным экспериментом, а то и зловещим заговором, призванным настроить сторонников разных учений друг против друга. Независимо от того, где здесь истина — Военный Схолариат можно по праву считать одной из самых успешных палат каликсидского Ордо Маллеус за всю историю сектора.

Схолариат существовал с самого основания сектора. Подобно первым инквизиторам, что шли в тени Императора, члены Схолариата следовали по пятам за крестовым походом, что вёл Голгенна Анжуйский, проникая на каждую планету, что покорил лорд-милитант, и очищая её от всякой скверны. Эта задача была поистине титанической, ведь на множестве миров будущей Каликсиды властвовали отвратительные ксеносы, поработившие несчастных людей, никогда не знавших света Императора. Когда генерал Друз стал первым правителем сектора, инквизиторы из Схолариата открылись ему. Они принесли недобрые вести — тысячелетиями в этом секторе рождались никем не контролируемые и не сдерживаемые псайкеры, порождая варп-разломы один страшнее другого, и если не принять самых решительных мер, можно потерять всё, чего достиг крестовый поход. Инквизиторы были наслышаны о решительности Друза и его глубокой приверженности вере. И они в нём не ошиблись.

Друз взялся за укрепление власти Империума над всеми покорёнными мирами, в то время как члены Схолариата боролись со скверной, что безнаказанно прорастала в душах людей Каликсиды тысячелетиями. Изначально Схолариат был не более чем группой учёных-инквизиторов — чрезвычайно образованных и преданных своему делу людей, искавших и уничтожавших следы демонического влияния. Позже, взяв на себя задачу очистить недавно завоёванное пространство Каликсиды от скверны, Схолариат изменился. Порча была повсюду, и чтобы справиться с ней, Инквизиции требовалось куда больше ресурсов. Ряды организации пополнили охотники на демонов, отлично подготовленные к схваткам с Архиврагом лицом к лицу. Так изначально небольшая группа учёных стала палатой Священных Ордосов, сочетающей схоластические традиции своих основателей и яростный фанатизм новых членов. Этот союз приносит плоды и тысячу лет спустя — благодаря Военному Схолариату в Каликсиде хватает инквизиторов, способных выследить врага через половину сектора по малейшему следу и безжалостно с ним расправиться.

Военный Схолариат — широкая сеть инквизиторов Ордо Маллеус и их агентов, направляемых твёрдой рукой лорда Ганка Дара, проктора палаты. Обычно Дар руководит своими людьми из Трезубца, часто покидая его, отправляясь в одну из Семи Обителей или в свою резиденцию на лишённом воздуха Кваддисе. Кроме самого лорда Дара, в палату входят 23 инквизитора Ордо Маллеус. Очень редко все они собираются вместе, но на каждой встрече присутствует не меньше 5 членов палаты — это их священная обязанность. Бо́льшая часть инквизиторов возглавляет раскинувшиеся на весь сектор агентурные сети, обладают множеством связей и слуг. Аколиты разных инквизиторов зачастую презирают друг друга и сотрудничают лишь в самых крайних случаях.

В Военном Схолариате служат самые разные люди. Приверженцы множества учений и философских школ работают здесь бок о бок, под страхом смерти отложив в сторону свои разногласия. Пуритане и радикалы палаты вынуждены с мрачным стоицизмом выносить присутствие своих самых ненавистных соперников, ибо проктор неуклонно следит за тем, чтобы межфракционные распри не мешали общему делу. Поговаривают, что терпимость палаты распространяется даже на отверженных и всеми гонимых фэнонитов. Если это так, то Схолариат — единственное место в секторе, где позволяют существовать приверженцам этого зловещего ответвления.

Что именно заставляет инквизиторов работать бок о бок со своими врагами, остаётся загадкой, но принеся клятвы и присоединившись к Схолариату, они обязаны забыть о разногласиях, ведь у проктора есть и иные методы убеждения — например, некоторых вынуждают к сотрудничеству, угрожая иначе раскрыть их прошлое. Некоторые инквизиторы покидают Схолариат, другие — нет, но ни один не рассказал, какие обеты он дал, присоединяясь к палате.

Собираясь, члены Схолариата внимают своему проктору. Лорд Дар даёт инквизиторам поручения, связанные с целями палаты или всего каликсидского Ордо Маллеус. Когда какое-либо задание требует присутствия нескольких полноправных носителей печати, Дар намеренно поручает его представителям противоположных доктрин. Подобная практика выглядит, в лучшем случае, довольно странной, и может обернуться провалом всей миссии. Отправляясь на задание по приказу Дара, члены Схолариата, зачастую, не скрывают взаимной враждебности. Дебаты о целях и допустимых методах запрещены на встречах палаты, но заседание в Трезубце и работа «в поле» — совершенно разные вещи. Каждый будет стремиться навредить своим коллегам-соперникам так же истово, как выполнить возложенное проктором задание. Удивительно, но подобная тактика приносит успехов больше чем неудач — постоянная вражда заставляет инквизиторов идти вперёд там, где другие уже отступили бы.

В Схолариате существует около 200 закреплённых древней традицией титулов, каждый из которых отражает роль, что должен играть его обладатель в жизни палаты. Однако поскольку единовременно в Схолариате состоит лишь 23 инквизитора, многие из этих званий не имеют хозяев. Самые известные из титулов — оружейник палаты, архивист палаты и экзорцист палаты. Полномочия их обладателей очевидны. Куда больше существует странных и непонятных именований — инквизитор-преследователь, воскреситель, начертатель имён, мастер печатей. Все обладатели титулов, за исключением проктора, считаются равными друг другу. Согласно освящённой веками традиции, принадлежность инквизитора к какой-либо фракции не должна повлиять на возможность получения им титула. На практике же это означает то, что получив от оружейника палаты доступ в арсеналы Схолариата, инквизитор может позже обернуть взятое там против самого оружейника.

Каждый титул накладывает на своего носителя определённый круг обязанностей. Изредка аколиты помогают господину в исполнении его долга, но гораздо чаще инквизитор даже не сообщает слугам о своём положении в Схолариате. Конкретный титул диктует то, как его обладателю придётся исполнять возложенные на него обязанности. К примеру, оружейник палаты вместе со своими многочисленными подчинёнными, отвечает за самое могущественное и древнее оружие, но предоставлять доступ к нему имеет право только хранитель ключей. Смотритель писаний заботится об обширных архивах Схолариата, в чём ему помогает целая армия адептов и ученых, в то время как начертатель имён всегда трудится в одиночку. Его дело — записывать имена всех порождений варпа, которых победили члены Схолариата. Эта задача слишком опасна даже для самых опытных и проверенных аколитов, поэтому её всегда выполняет 1 человек.

Схолариат располагает десятками владений по всему сектору. Бо́льшая их часть — солитарии. Самое больше и зримое для остальных членов Инквизиции расположено в Трезубце, но оно используется только для наименее секретных дел. Схолариат считает взятую на себя миссию настолько важной, что не доверяет даже другим членам каликсидских Ордосов.

В 10 километрах под самым нижним из уровней улья Сибеллус, расположено опекаемое оружейником палаты хранилище — Сепульхрум, попасть в которое можно только с позволения хранителя ключей. Каждый, кому дозволен вход в Сепульхрум, вступает в бронированную капсулу и, в тот миг, когда двери закрываются за ним, активируется стазис-поле и посетитель замирает в ловушке как муха в янтаре. В безмолвии капсула с застывшими во времени пассажирами опускается вниз. Лишь когда она достигает своей цели, стазис-поле отключается. Сепульхрум — огромный комплекс, помещения которого ломятся от древних реликвий и артефактов, и чьи тайные и опечатанные помещения хранят куда более опасные и запретные предметы. В Сепульхруме служат несколько сотен сервиторов, чьи души очищены, и чьё единственное призвание — заботиться о содержимом этого невероятного арсенала. Некоторые их них проводят всю свою многовековую жизнь, полируя освящённые доспехи и клинки. Другие непрестанно обновляют затухающие письмена на древних молитвенных свитках, бездумно, раз за разом, переписывая слова святых. В черепа каждого из сервиторов встроен специальный снабжённый оберегами заряд. При малейшем признаке скверны, эти обереги разрушаются, активируя заряд, что немедленно уничтожает биомеханического слугу.

По всему сектору разбросаны Пандемонии — небольшие тайные комплексы Схолариата. Некоторые укрыты в Семи Обителях, иные — в других местах. Каждая из Пандемоний — невероятный плод союза мистических технологий и психической инженерии, машина, позволяющая пленять демонов, которых не удалось изгнать. Учёные говорят, что некоторые демоны способны вернуться в реальный мир через какое-то время после изгнания; Пандемония же позволяет обезвредить их надёжно и навсегда — по крайней мере, Схолариат на это надеется. Каждую Пандемонию курирует инквизитор со свитой и немалым отрядом солдат. Большинство таких комплексов расположено так, чтобы члены Схолариата легко могли до них добраться, но в то же время на удалении от больших городов. Эта предосторожность необходима на тот случай, если демон сумеет вырваться на свободу. К примеру, сцинтиллийская Пандемония находится глубоко в пепельных пустошах планеты и надёжно укрыта от чужих глаз. Другие расположены в пустоте космоса, на заброшенных и безжизненных мирах или в непролазных джунглях миров смерти. На них не сможет наткнуться случайный путник, но инквизитор легко найдёт дорогу туда, благо, все Пандемонии обустроены на мирах, связанных стабильными варп-маршрутами. В отличие от тайны, которой окутаны Семь Обителей, Пандемонии — секрет Полишинеля, их местоположение прекрасно известно высшим чинам каликсидского Ордо Маллеус и даже членам других Ордосов сектора. Это неудивительно, ведь любой инквизитор или аколит может столкнуться с демоном и необходимостью найти для него надёжную темницу. Как правило, пойманное порождение варпа временно заключают в каком-либо предмете, вместилище или даже живом существе и в таком виде переправляют в Пандемонию. Там сосуд, хранящий в себе демона, разрушается, а его обитатель навечно остаётся запертым внутри своей новой тюрьмы. Также Пандемонии используют для того, чтобы уничтожать демоническое оружие — внутри устройства оно разрушается, а жившее в нём отродье варпа оказывается поймано в ловушку.

Зал Канонов — владение Схолариата, которому покровительствует верховный предсказатель — носитель одного из немногих постоянных титулов в палате. Зал располагается в улье Ортак на Мальфи, но его существование — тайна для местных властей и их подданных. Это место — центр, где собирают всю информацию о Великом Враге и используют её, чтобы предотвращать будущие вторжения. Зачастую инквизиторы Схолариата отправляются на задание, вооружённые лишь туманными и неясными обрывками данных, что выдали могучие когитаторные комплексы Зала Канонов. Эти решета, сквозь которые просеиваются огромные массивы информации, обслуживают техножрецы с мира-кузницы JXMA18Z, связанные со Схолариатом древними договорами, что явно действовали с самого основания палаты. Говорят, что Зал Канонов связан с архивами Администратума в системе Прол при помощи эфирного гиперписьма, что даёт Ордо Маллеус возможность читать записи декатологов, невзирая на десятки разделяющих их световых лет. Однако когитаторы Зала Канонов — это не просто вычислительные машины огромной мощности. Они совмещены с «пророческой матрицей» — устройством, что тысячелетия назад создал культ безумных пси-шифровальщиков, ныне преданный огню силами Ордо Еретикус. Эта матрица позволяет Ордо Маллеус совмещать в одном механизме процессы анализа информации с искусством психического предвиденья будущего — практика, безусловно запретная для всех, кроме Инквизиции.

В улье Тарсус на Сцинтилле Схолариат владеет Залом Трофеев. В нём хранятся несколько тысяч предметов, символизирующих ту или иную победу палаты над демонами. Некоторые из этих реликвий выглядят простыми побрякушками, на другие же не всякий отважится бросить взгляд. В числе последних — отполированные и покрытые защитными знаками черепа демонов, сражённых самыми знаменитыми экзорцистами сегментума. В главном зале, на стене висят черепа 4-х великих демонов — по одному слуге каждого из Тёмных богов, заключённые в мерцающем стазис-поле. Зал Трофеев — это всё равно что храм, где члены Схолариата исполняют свои самые священные обряды, вспоминают былое и славят Императора и величайших из демоноборцев древности. Многие инквизиторы и аколиты надеются, что когда-нибудь и их трофей пополнит коллекцию этого зала.

Склеп Безымянных — владение Схолариата, известное лишь проктору и его самым доверенным слугам. Он расположен в самом сердце Седьмой Обители на окраине зоны Тренос. В Склепе содержат потерявших рассудок инквизиторов и аколитов. Хотя Священные Ордосы зачастую милосердно даруют несчастным безумцам покой смерти или очищения разума, Схолариат предпочитает отправлять своих членов в Склеп. Инквизитора объявляют погибшим во имя Императора и Схолариата в то время как он, всё ещё живой и терзаемый припадками безумия бросается на стены одной из темниц Склепа. Отныне каждое его слово записывается психически защищённым сервитором и пересылается в Зал Канонов для анализа. Немало демонов было повержено благодаря смутной подсказке, что удалось выловить в бреду сумасшедших служителей Инквизиции. Это страшная цена за знание, но Схолариат готов платить её раз за разом. Говорят, что в Склепе томится несколько тысяч аколитов и около 100 инквизиторов, среди которых — 1 бывший проктор Схолариата и 1 бывший член Тирантийского кабала. 2 этих важных узника не могут умереть — они регулярно подвергаются омолаживающим процедурам, ведь есть надежда, что в их криках и бессвязном бормотании можно найти знание, что поможет в вечной войне с демонами.

Из чанков также известно, что Схолариат имеет отношение к инквизитору Сурезии Отверженному, члену палаты, известному как опытный охотник на демонов и приверженец философии ксантизма, скрывающий свою истинную принадлежность к запретной секте фэнонитов. Его демонический клинок Кхе-рез’фир — отвлекающий манёвр. Единственный, кто может иметь власть над Сурезией — лорд-инквизитор Дар, который, вероятно, закрывает глаза на ересь Сурезии из-за его успехов. Также в чанках упоминается инквизитор Окт Енох, 'Предсказатель совпадений', охотящийся за пророчествами о вторжениях демонов, и описываются методы Ордо Маллеус, включая казни, убийства и применение Серых Рыцарей, а также крайняя мера — Экстерминатус. Приводится пример с уничтожением локсофантов на Фенксворлде для предотвращения варп-прорыва.