Хакит

Хакит — персонаж книги о Люции Вечном, действие которой происходит в Оке Ужаса и за его пределами. Он — амбициозный и трагический колдун, чья судьба тесно переплетена с интригами Композитора, одного из Детей Императора.

Хакит был изгнанным отпрыском Тысячи Сынов. Его история начинается задолго до событий книги: он был колдуном в легионе Магнуса Красного, но после разрушения Просперо и Рубрики Аримана легион погрузился в хаос. Хакит украл жизнь своего брата-колдуна за жалкие крупицы знаний, за что и был изгнан из Сортиария. В изгнании он присоединился к анархии войн за рабов между легионами-отступниками. Колдуны его способностей были востребованы, поскольку могли обуздать силу варпа и превратить её в оружие. Хакит путешествовал от одной группировки к другой, от главаря к главарю, продавая своё колдовство. Однако его не прельщал низменный грабёж, он не хотел власти, рабов или целых миров. Его вкусы имели более эзотерическую природу — он жаждал секретов.

Одержимость Хакита заключалась в поиске паутины — безмерно древней грани, покоящейся между варпом и реальностью. Эту паутину использовали ксеносы-эльдары как магистраль и убежище. По слухам, она имеет пути по всей галактике, а её врата защищают хранилище непостижимых знаний. Хакит сосредоточил все свои усилия на поисках этих врат. Он сжигал города, уничтожал целые армии за малейшие крупицы информации. Одержимость поглотила его. На протяжении столетий и тысячелетий, если время вообще измеримо в Оке Душ, он с кропотливым усердием составлял карту паутины. Его поиски были полны опасностей: добытая информация часто приводила к ловушкам уязвлённых главарей, к тупикам, областям пустоты или призрачным теням врат, навсегда запечатанных ксеносами.

Наконец Хакиту удалось найти то, что он искал — истинную и действующую дверь, ведущую в царство между реальностью и варпом. Это открытие стало воплощением величайшего честолюбия, целью всей его жизни. Он бороздил штормовое пространство Ока на бронзово-багровом звездолёте «Эллипс» — небольшом лёгком фрегате, лучшем, на что он мог надеяться после бегства из Сортиария. Корабль служил ему верой и правдой. Команда была немногочисленной, но умелой и преданной. Хакит даже позволил нескольким избранным рабам преклонить колени на мостике перед обзорным окулусом, когда открыл путь в запретное.

Однако за всеми его действиями следил Разум, который Хакит не мог видеть. Композитор, колдун Детей Императора, манипулировал им с самого начала, оставаясь невидимым. В момент триумфа Хакита перед ним возникла «Диадема» — ударный крейсер, более чем в три раза превосходящий «Эллипс» по размерам. Композитор, наблюдая за постепенным разрушением «Эллипса» с борта «Диадемы», решил лично взойти на фрегат. Он прошёл через две палубы, уничтожая сопротивление, и предстал перед умирающим Хакитом.

Сцена встречи Хакита и Композитора — одна из самых ярких. Хакит сидит на троне в кремовых одеждах, обгоревших до черноты. Часть потолочных распорок рухнула, и зазубренный лонжерон ударил остриём в центр его груди. Кровь стекает по доспехам, а вокруг собрались мёртвые маги и псайкеры. Композитор с иронией замечает: «Жаль, что ты не павони, я своими глазами видел их дары, заживляющие раны — воистину волнующее зрелище». Хакит пытается подняться, но ноги подкашиваются, и он падает обратно. Композитор мягко останавливает его: «Не нужно подниматься, Хакит. Я могу взять то, что мне нужно и так». Хакит хриплым голосом спрашивает, как тот нашёл его, и Композитор раскрывает правду: он знал о Хаките всё, он был той «невидимой рукой», которая направляла его к паутине. Он говорит, что Хакит был одним из многих «зернышек», посеянных в Око, и что он культивировал его, следя за успехами. Из всех посланных за знаниями и реликвиями только Хакит преуспел в поисках паутины. Композитор поздравляет его и обещает, что тот должен быть доволен своим достижением.

Хакит просит показать лицо Композитора. Тот снимает с него шлем, открывая «разбитое и окровавленное, но всё еще гордое лицо царя-философа». Хакит выглядит как создание, способное подчинить своей воле течение вечного океана варпа, но в глазах у него — вор и убийца. Композитор сожалеет: «Мне очень жаль. Если бы ты был в лучшем состоянии, я мог бы подумать о подобной награде за то, что ты нашел для меня. Но увы, то, что я сейчас сделаю, скорее всего будет для тебя концом, дорогой мой Хакит». Затем он кладёт руку на лицо колдуна, прижимает пальцы к смуглой плоти и, прошептав «Прощай, Хакит», вскрывает его разум, вырывая секреты паутины. Это убийство — типичный пример беспощадности хаоситов: они без колебаний избавляются от тех, кто уже не может быть полезен.

Хакит — трагическая фигура, олицетворяющая порочность Тысячи Сынов и их бесконечную погоню за знаниями. Его одержимость погубила его, и даже его грандиозное открытие не принесло ему ничего, кроме смерти. Он также показывает, как силы Хаоса используют друг друга: Композитор использовал Хакита как инструмент, и когда тот перестал быть нужен, выбросил его.