Пламенный венец

Пламенный венец, именуемый также Пылающей Короной, — имперский крейсер километровой длины, чья история стала мрачной притчей о гордыне, ксеносской заразе и неизбежном возмездии. Судно, построенное на верфях Империума и оснащённое по всем канонам Адептус Механикус, несло на борту не только орудия и броню, но и тайну, которая пережила столетия. Его экипаж, офицеры и пассажиры не знали, что в грузовых отсеках, среди священных реликвий, покоится артефакт, способный изменить войну между Империумом и ксеносами, — Ореол Провидения.

Происхождение этой реликвии окутано тьмой веков. Тысячелетия назад некий инквизитор, имя которого вымарано из архивов, совершил акт величайшей дерзости: он похитил могущественный камень души эльдар. В этом камне томилась душа опытного Провидца с искусственного мира Каэлор, которая не успела слиться с Цепью Бесконечности и осталась пленницей в материальном мире. Вместо того чтобы уничтожить ксеносский артефакт, как того требовали догмы, инквизитор сознательно интегрировал камень в свой психический капюшон. Должно быть, он рассчитывал обрести доступ к чужим знаниям или использовать душу эльдара как оружие, но вместо этого навлёк на себя медленное проклятие. Когда инквизитор умер, его одеяние было возвращено библиарием Караула Смерти, вместе с которым он не раз сражался. Библиарий, не подозревая о заражении, с гордостью надел психический капюшон и вернулся в свой родной Орден после завершения службы. Так камень души эльдара стал реликвией космодесанта, поколениями служившей Империуму в бесчисленных войнах. Никто не ведал о его ксеносском происхождении. Артефакт, названный Ореолом Провидения, эффективно использовался библиариями, даруя им необъяснимые прозрения. Но воля эльдарского провидца не была сломлена — она ждала своего часа, терпеливо наблюдая за врагами своего народа.

«Пламенный венец» получил этот артефакт на борт, когда отправился в плановую инспекцию нескольких планет подсектора Каликсида. Судно должно было посетить Утешение — мир-улей, перевалочный пункт снабжения Внешнего фронта. Однако до места назначения корабль не добрался. В Варпе его поджидал рой тиранидов. Каким образом ксеносы оказались в Имматериуме на пути крейсера, остаётся загадкой: быть может, это было следствие варп-шторма, затянувшего их флот, или же улей-флот сознательно охотился на одинокие имперские суда. Тираниды прорвались на борт, перебили экипаж, пожрали пассажиров и поглотили всю доступную биомассу. Крейсер, лишённый живого руководства, остался дрейфовать в эмпиреях, став плавучей гробницей и рассадником улья. В его коридорах выросли липкие органические структуры, в грузовых трюмах начали формироваться гнезда, а в вентиляционных шахтах поселились генокрады — первые ласточки будущего вторжения. Столетиями корабль-призрак блуждал в варпе, невидимый для Империума, но не для тех, кто умеет смотреть сквозь ткань реальности.

Несколько десятилетий назад хор астропатов подсектора начал принимать обрывочные видения, полные ужаса. Они предсказывали возвращение Пламенного Венца как вестника катастрофы. Астропаты говорили о том, что его прибытие станет причиной великого бедствия и триумфа врагов человечества. Точная природа угрозы была туманной, но видения сходились в одном: мир Утешение будет уничтожен, если не вмешаться. Донесения, пройдя через бюрократические лабиринты, были перехвачены агентами Инквизиции. Инквизитор Рейкхольт, изучив послания, лаконично сформулировал просьбу к командиру Караула Смерти разобраться с ситуацией. Когда предварительное исследование показало, что Пламенный Венец может быть местом упокоения потерянного артефакта — Ореола Провидения, — миссии был отдан высочайший приоритет.

Эльдары с искусственного мира Каэлор не нуждались в имперских донесениях. Их провидцы узрели возвращение корабля задолго до того, как астропаты начали пророчествовать. Они поняли, что на борту «Венца» томится душа их давно потерянного Провидца, и стремились вернуть камень души, чтобы дух обрёл покой в Цепи Бесконечности. Но была и другая, более тревожная причина: эльдары старались предотвратить цепь событий, которая могла привести к возвращению одного из их древних врагов. Под этим врагом, скорее всего, подразумевались некроны, чья гробница скрывалась в недрах Утешения. Пробуждение машины войны древней расы грозило новой войной в секторе. Поэтому Каэлор быстро собрал ударную группу: провидица Итаэрве, десять пауков варпа и экзарх. Им было приказано любой ценой заполучить камень души, не считаясь с потерями ни среди чужаков, ни даже среди собственных воинов.

Когда «Пламенный венец» наконец вышел из Варпа на краю системы Утешение, его появление не осталось незамеченным. Имперские системы слежения зафиксировали корабль, но первоначально его курс не угрожал планете. Однако через час курс изменился. Быть может, причиной стал повреждённый реактор, сместивший гравитационный центр, или столкновение с эльдарским фрегатом типа «Паслён», который, прикрываясь кощунственными голополями, возник из ниоткуда и врезался в борт крейсера. Судно, ослепшее и оглохшее, лишённое связи и энергии, легло на прямую траекторию столкновения с ульем Утешение. В трюмах же пробудились от вековой спячки тираниды, почувствовав приближение огромной массы биомассы. Их инстинкты подсказывали, что скоро корабль врежется в планету, и тогда они смогут начать пир.

Караул Смерти, получив приказ, действовал быстро. Инструктаж проводил капитан Хрольт Собиратель Клыков — Космический Волк из ордена Длинных Клыков, ветеран более чем двухсотлетней службы. Он был известен своим скверным характером, длинным клыком и любовью к фенрисийскому элю, но за этой грубостью скрывался опытнейший воин. Хрольт поставил перед боевыми братьями три задачи: вернуть Ореол Провидения, остановить ксеносов и, если возможно, предотвратить падение корабля на Утешение. Отряд получил сто очков реквизиции и отправился в путь на эсминце Караула. Двухнедельное путешествие до системы Утешение прошло без происшествий, если не считать напряжённых размышлений и тактических обсуждений.

Едва эсминец прибыл в систему, как на краю её появился Пламенный Венец. Капитан эсминца объявил: «Средний крейсер только что вышел из Варпа на краю системы. Первоначальное сканирование показывает, что это, скорее всего, Пламенный Венец. Ликвидационная команда должна подготовиться к запуску». Боевые братья поспешили в торпедный отсек. У эсминца не было ни телепортария, ни подходящих посадочных модулей, поэтому единственным способом добраться до корабля была абордажная торпеда. После последних благословений и обрядов торпеда стартовала. Но через несколько мгновений, когда она уже летела к крейсеру, из ниоткуда вынырнул эльдарский фрегат «Паслён». Ксеносы отключили голополя, оказавшись прямо на курсе торпеды. Если среди боевых братьев был пилот с навыком управления космическими кораблями, он мог попытаться уклониться (Трудный тест -40). При успехе торпеда проскальзывала мимо, и в крейсер врезался уже «Паслён». При провале торпеда сталкивалась с фрегатом, рикошетила и всё равно достигала корпуса «Венца», но повреждения меняли её носовой обтекатель. В любом случае курс имперского корабля слегка менялся, что имело последствия для дальнейших событий.

Проникнув на борт, боевые братья оказались в полумраке, пропитанном затхлостью и запахом органической слизи. Корабль был стар и заброшен: в коридорах столетиями не ступала нога человека. Системы искусственной гравитации, на удивление, работали сносно. Внутреннее убранство было непримечательным — типовой крейсер, хотя и с признаками долгого пребывания в варпе. Отряд продвигался к носовому оружейному отсеку, где по данным ауспика находился Ореол Провидения. По пути они обнаружили следы двух серьёзных угроз: эльдаров, уже проникших на борт по своим причинам, и тиранидов, заполонивших корабль. В заброшенных каютах они наткнулись на останки предыдущего отряда Караула Смерти, павшего в битве с тиранидами столетия назад. Генное семя этих героев было утеряно навсегда, но снаряжение — крак-гранаты, ракетная установка с несколькими крак-ракетами, плазменная винтовка с одной запасной силовой ячейкой — ещё могло послужить. Болт-пистолет и силовой посох библиария были сломаны в той давней битве. Это была жуткая находка, напомнившая боевым братьям о цене, которую платит Караул.

Наконец они достигли носового оружейного отсека. Здесь развернулась кульминация. В отсеке находились останки мёртвых космодесантников и сам Ореол Провидения, укреплённый в специальном реликварии. Одновременно с разных сторон появились эльдары и генокрады. Итаэрве, провидица Каэлора, несла артефакт под мышкой, сражаясь вместе с экзархом и пауками варпа, чтобы сдержать пятнадцать генокрадов, вылезших из вентиляционных шахт. Генокрады, ведомые телепатией выводка, атаковали всех без разбора, стремясь поглотить и эльдар, и космодесантников. Завязалась трёхсторонняя кровавая битва. Если боевые братья успевали вырвать Ореол из рук ксеносов, они должны были немедленно бежать к шлюзу и покинуть обречённый корабль. Если эльдарам удавалось сбежать с артефактом, начиналась охота по всему крейсеру. Если же генокрады одерживали верх, гибель грозила всем.

Судьба миссии зависела от мастерства игроков. Они могли использовать скрытность, чтобы миновать засады, могли вступить в переговоры с ксеносами (что было бы ересью), могли взорвать реактор корабля, чтобы уничтожить всё разом. После того как артефакт был возвращён в руки Караула, необходимо было покинуть судно до того, как оно врежется в планету. Спасательная капсула, абордажная торпеда с повреждённым обтекателем, угнанный эльдарский фрегат — вариантов было несколько, и каждый сопряжён с риском. Если боевые братья покидали корабль, они могли наблюдать, как «Пламенный венец» входит в атмосферу Утешения или, будучи уничтоженным, падает на пустоши. В любом случае Караул Смерти получал награды: пятьдесят очков опыта за благополучное проникновение, сто пятьдесят за победу над эльдарами, сто пятьдесят за уничтожение генокрадов, двести за возвращение Ореола Провидения и пятьдесят за спасение. Капитан Хрольт, если бойцы особенно отличились, вручал им особые трофеи: клык ксеноса, руну охотника или фенрисийский амулет — знаки доблести, ставшие частью постоянной экипировки.

Но «Пламенный венец» был не только ареной битвы космодесантников. Его падение стало катализатором для событий на самой планете. В мире Утешение, который в некоторых хрониках именуется Покоем, крейсер врезался в улей, вызвав колоссальные разрушения. Сотни тысяч людей погибли в первые минуты, а из расколотого корпуса хлынули тираниды — термаганты, генокрады, воины. Кадийский 99-й полк механизированной пехоты под командованием полковника Арката, отозванный с Внешнего фронта после тяжёлых потерь в войне с орками, оказался в эпицентре катастрофы. Вместо заслуженного отдыха и пополнения из Праведного ополчения Утешения (которое, правда, оказалось ошибкой клерков Муниторума) гвардейцы получили приказ установить кордон на границе с подульем и сдерживать мутантов, воспользовавшихся хаосом. Мутанты увидели в падающей звезде знамение своих нечестивых богов и подняли восстание. Среди дыма и огня гвардейцы сражались на баррикадах, используя «Химеру» для огневой поддержки. А затем пришёл новый приказ: реактор умирающего крейсера перегревается и может взорваться, уничтожив весь улей. Гвардейцам предстояло проникнуть в разбитый корабль, провести ритуал аварийной остановки реактора и вернуться живыми.

Внутри корабля гвардейцев ждали новые ужасы: километровые коридоры, заваленные обломками контейнеров, липкая органическая слизь, следы когтей и клыков. Отряд продвигался к реакторной палубе, сражаясь с термагантами, генокрадами и тиранидом-воином. Радиация пожирала их тела, каждые пятнадцать минут на них нападали свежие волны ксеносов, а ритуал отключения требовал точности и стальных нервов. Если гвардейцы набирали двенадцать ступеней провала, реактор взрывался, превращая Утешение в пепел. Но даже если им удавалось остановить реактор, тварей на корабле оставалось ещё много. Это была битва на истощение, в которой кадийцы проявили свой легендарный стойкий характер.

Еретики, ведомые оракулом Хаоса Многоглазой, тоже ждали падения «Пламенного венца». Многоглазая, жуткое создание, наделённое пророческим даром Тёмных богов, изрекла, что Покой сгорит в пламени, когда звезда рухнет с небес, и что вызванный этим ужас и смятение должны быть посвящены Губительным силам. Она поведала еретикам о колдуне Нерее, которому ведомо о грядущем конце и который должен совершить тёмный обряд, впитав смерти и страдания. Еретическая ячейка заранее проникла в улей, сплотила вокруг себя несчастных мутантов подулья и ждала знака. Когда крейсер обрушился на Утешение, они повели полчища мутантов к шпилю, где Нерей готовил ритуал. Если еретикам удавалось перехватить контроль над обрядом, они могли призвать демона невообразимого могущества и стяжать громкую славу; если нет — нечестивое действо пожирало самих исполнителей.

Вольные торговцы и искатели приключений тоже оказались втянуты в эту историю. Утешение, переполненное военными припасами, предназначенными для Внешнего фронта, привлекало преступников и авантюристов, жаждущих лёгкой наживы. Один из вольных торговцев, следуя древней карте ксеносов, прибыл на планету в поисках гробницы некронов. Падение «Пламенного венца» вызвало землетрясение, которое открыло вход в подземный лабиринт, скрытый под пустошами. Внутри исследователей ждали четыре статуи некронов-воинов, оживающие при приближении, рои скарабеев, Каноптековые призраки и Палата творения. В глубине лежал драгоценный камень, охраняемый Могильным Охотником — чудовищем, защита которого была слишком сильна для ручного оружия. Исследователям пришлось бежать, а их корабль провёл орбитальную бомбардировку, чтобы уничтожить монстра. Так падение «Пламенного венца» стало ключом, отомкнувшим двери, которые лучше было оставить запертыми.

Так имперский крейсер, некогда гордость флота, превратился в символ конца времён. Его возвращение из варпа связало воедино судьбы Караула Смерти, кадийских гвардейцев, эльдарских провидцев, еретиков Хаоса и вольных торговцев. «Пламенный венец» был и гробницей, и знамением, и оружием, и сокровищницей. Его название стало нарицательным для падающей звезды, несущей гибель. Но даже в разрушении он продолжал влиять на мир: из его недр были извлечены реликвии, его реактор стал угрозой для улья, а его столкновение с планетой пробудило древние машины войны. Некоторые говорят, что душа эльдарского Провидца, освобождённая из Ореола Провидения, наконец обрела покой. Другие шепчут, что камень души был лишь пешкой в большой игре, и что истинная цель возвращения «Венца» ещё не раскрыта. Хроники умалчивают, был ли корабль окончательно уничтожен или же его остов доселе дрейфует где-то в пустошах Утешения, ожидая нового экипажа. Истина, как всегда в этих краях, ждёт пересборки.