Тагоре

Тагоре принадлежит к XII легиону Адептус Астартес, который Империум давно вычеркнул из списка защитников. Пожиратели Миров, порождение генетической линии Ангрона, всегда были машинами убийства; Тагоре же — один из тех, кто это знает и не пытается притворяться иным. В романе «Отверженные мертвецы» он предстаёт как член группы беглых космодесантников, освобождённых Атхарвой из тюрьмы Кхангба Марву на Терре. Формально эти люди нужны, чтобы спасти астропата Кая Зулана, чей разум хранит секрет, предназначенный лишь Императору. Но для Тагоре миссия — лишь предлог для бойни.

Показателен уже его диалог с Атхарвой перед боем: «Они умрут как самые обычные люди», — бросает Пожиратель Миров, когда псайкер предупреждает, что враги необычны. Тридцать винтовок, пробивающих стены убежища, для него не угроза, а приглашение к танцу. Атхарва замечает, как яростно Тагоре скалит зубы, и слышит жужжание имплантатов на его затылке — аугментика, вживлённая в нервную систему, чтобы выжимать из воина максимальную агрессию. Тагоре — пленник этой ярости, и здесь возникает прямая параллель с Ангроном, которого рабство выковало как клинок, а потом этот клинок поработил собственных детей. «Интересно, сознаёт ли Ангрон, что он поработил своих воинов?» — думает Атхарва. Эта мысль повисает над Тагоре, как клеймо.

В бою с бандой Гхоты Тагоре показывает себя идеальным хищником. Он первым врывается в облако пыли, первым ударом пробивает нагрудник вражеского воина с двумя пучками чёрных волос и раздвоенной бородой, вырывает из мёртвых рук винтовку и тут же пристреливает ближайшего противника. Следующим выстрелом в упор он укладывает сразу троих. Шубха и Ашубха прикрывают его с флангов — эти близнецы тоже Пожиратели Миров, и их слаженная работа похожа на работу единого организма, где Тагоре выполняет роль кувалды. Энергетические клинки, вырванные из алебард убитых Кустодиев, полыхают голубым огнём, и Отверженные Мертвецы превращают жилище старого Антиоха в скотобойню.

Тагоре — не герой и не спаситель. Он — оружие, которое Атхарва направил на защиту Кая Зулана, но оружие с собственной волей и аппетитом. В группе заключённых Кхангба Марву он, вероятно, самая откровенная фигура: Севериан иронизирует, Кирон работает плазмой на дистанции, Атхарва прикрывает псионикой, а Тагоре просто рвёт и стреляет. Когда Атхарва произносит «Убить их всех», Тагоре одобряет это как «первые разумные слова» за день. В этом весь Пожиратель Миров: для него нет сложной морали, есть только цель и расстояние до неё, заполненное мясом врагов.

Трагедия Тагоре в том, что его собственная свобода — иллюзия. Он сбежал из тюрьмы, но остался в тюрьме своего гнева. Боевые имплантаты, жужжащие на затылке, — это цепи, которые он носит внутри. И когда Отверженные Мертвецы прокладывают себе путь по Терре, Тагоре каждый раз доказывает, что для него побег закончился ровно в тот момент, когда началась стрельба. Он дома — на поле боя, среди трупов и пороховой гари.