Ориакс

Ориакс принадлежал к той породе слуг Легиона, которых редко выносят на первые страницы хроник, но без которых не обходится ни одна осада. Фабрикатор — так именовали его в Железных Воинах, и это звание говорило о большем, чем просто должность. Он был технодесантником, чьё тело уже наполовину состояло из металла, — искалеченный, но оттого не менее опасный. В легионе, где осадная война возведена в абсолют, технодесантники всегда стояли особняком: они не носили титулов полевых командиров, но их власть над машинами и варп-устройствами делала их незаменимыми. Фабрикатор — не просто инженер, это хранитель чертежей, архивариус каждой осады, носитель запретных знаний, граничащих с тёмной механикой. О его прошлом известно немного: где-то в кристальных болотах, задолго до событий на Кастеллаксе, Над-Капитан Валлакс бросил его умирать. Ориакс выжил. И, как свойственно его роду, превратил выживание в расчёт.

На Кастеллаксе, где Железные Воины вели затяжную войну против орков, Ориакс занимался логистикой и тёмной механикой. В его распоряжении находились два предмета, делавшие его ключевой фигурой. Первый — «Стальная Кровь», парящий металлический череп, оснащённый вокс-передатчиком и сенсорами. Череп был глазами и ушами Фабрикатора, позволяя ему видеть поля боёв, не покидая укрытия. Второй — Демонкулум, устройство, способное перемещать отряды сквозь варп. С помощью Демонкулума Ориакс доставлял группы космодесантников в нужные точки осады, экономя время и жизни. По крайней мере, так должно было быть. Но в инструментах, как и в людях, Ориакс видел лишь расходный материал. Его верность легиону была ровно настолько прочной, насколько это отвечало его собственным чертежам. А чертежи эти давно уже включали пункт о ликвидации Валлакса.

Предательство созревало в нём с той же методичностью, с какой техножрец выверяет траекторию снаряда. Когда пришёл приказ отправить отряд Валлакса на поиски топливного склада в блокгаузе Диргаса, Ориакс сделал вид, что выполняет его. Но координаты оказались ложными — или Демонкулум был настроен намеренно неверно. Вместо склада отряд «Безликих» высадился в самом сердце орды, в цеху, кишащем врагами. Один за другим Рапторы погибали. Грессил был разорван комби-оружием, остальные полегли под натиском зелёных. Валлакс, пригвождённый силовым когтем орка-киборга, оказался в ловушке, окружённый гретчинами. «Стальная Кровь» следовала за ними и наводила чужаков на Железных Воинов, словно пастух, загоняющий скот на бойню. Сам Ориакс оставался в тени, наблюдая через череп. Для него это была не битва, а калибровка — проверка того, как точно механизм мести сработает в реальных условиях.

В момент, когда Валлакс уже почти не мог сопротивляться, Ориакс включил вокс-кастер. Его голос, холодный и лишённый эмоций, прозвучал в ушах умирающего капитана. Он сообщил, что Капитан Родаан тем временем берёт объект для Кузнеца Войны — то есть операция продолжается, просто без Валлакса. И добавил: смерть Над-Капитана — цена за кристальные болота. Это был не просто акт личной мести, но и политический шаг: устраняя Валлакса, Ориакс расчищал путь для Родаана. В легионе, где амбиции командиров сталкивались чаще, чем болтеры с орками, такое предательство было обычным делом. Но Ориакс исполнил его с особой изощрённостью, использовав и череп-шпион, и варп-устройство, и саму орду как инструменты. Он не марал рук — он лишь перенастроил машины, и машины сделали всё остальное.

Рассказ «Стальная Кровь» приоткрывает закулисье этого предательства. Валлакс, вырвавшись из мёртвой хватки киборга (ценой руки), врывается в бункер Ориакса. Он уничтожает парящий череп — символ власти Фабрикатора — и требует ответа. Ориакс не прячется. Он раскрывает себя: изуродованное тело, металлические импланты, глаза, горящие холодным светом. Возможно, он ожидал этого визита — или даже желал его. Он пытается говорить о плане атаки на топливные склады, о необходимости принести жертву ради победы, но Валлакс видит правду. Демонкулум, орки, ложная телепортация — всё это было ловушкой, выстроенной с инженерной тщательностью. Ориакс мог бы уничтожить Валлакса, но предпочёл оставить его гнить, наслаждаясь своей местью. Впрочем, Валлакс доказал, что даже у машин есть предел прочности — и что месть иногда возвращается по чертежам своего создателя.

Судьба Ориакса после этой встречи остаётся за пределами предоставленных фрагментов. Хроники не сообщают, добрался ли до него болт Валлакса или Фабрикатор продолжил свою игру в осадной машинерии. Но его образ — технодесантник, превративший союзника в жертву, — становится символом того, кем становятся Железные Воины после десяти тысяч лет войны: каждый верен лишь собственным чертежам, и каждый готов переплавить любую клятву в металлолом. Ориакс не демон и не принц, но он куда страшнее: он инженер, для которого человеческая жизнь — всего лишь деталь, которую можно заменить. В этом он — истинное порождение Легиона, где даже предательство ставят на конвейер.