Шон'ту

Шон'ту — имя, которое у Имперских Кулаков произносят сквозь зубы, если вообще произносят. Кузнец войны Железных Воинов, он относится к той породе предателей, что не нуждается в демонических воплях: его оружие — расчёт, его вера — осадная математика. В галактике, где Хаос обычно носит клыки и рога, Шон'ту напоминает, что самые страшные ереси совершаются холодным умом. Он командует гранд-крейсером «Железная злоба» класса «Бичевание» — кораблём, который для защитников звёздных крепостей всегда предвещает только одно: стены будут проломлены, а трупы разложены по секторам обороны. В этом смысле он — идеальный наследник Пертурабо: безжалостный инженер разрушения, для которого осада — это вопрос терпения, а не ярости. Империум привык видеть в предателях безумцев, но Шон'ту всегда был исключением. Он никогда не повышает голоса, не требует жертв во имя тёмных богов — он просто делает свою работу. Его работа — смерть.

Биография Шон'ту — это летопись осад, которых Империум предпочёл бы не помнить. Железные Воины славятся упорством и безжалостностью, и Шон'ту довёл эти качества до совершенства. Его флагман несёт не только макроорудия и торпеды; вместе с ним в реальное пространство приходит порча, которая умеет ждать. Когда «Железная злоба» появилась в пределах досягаемости «Непоколебимого бастиона», кастелян Лепид уже готовился к последней битве. Он обещал лично прикончить Шон'ту, повесить на доспех палец или челюсть еретика. Лепид был ветераном, носившим трофеи убитых врагов — уши орка-варлорда, безделушки эльдарской призрачной кости, зубы и позвонки ксеносов. Он верил, что сегодня его коллекция пополнится частью тела кузнеца войны. Но кузнец войны не нуждается в том, чтобы сходиться с врагом в рукопашной: демонический вирус уже проник в информационные системы форта, отравил машинный дух, и крепость начала убивать своих защитников. Лепид и его люди погибли в вакууме, так и не увидев врага в лицо. В этом весь Шон'ту — он разрушает не только стены, но и саму волю к сопротивлению.

Однако было бы ошибкой считать его трусом. У Малодракса Шон'ту сошёлся в поединке с капитаном Гарадоном, который вёл абордаж «Тамунаша», чтобы перерезать питающие трубопроводы. Гарадон был одним из лучших клинков Имперских Кулаков, но кузнец войны оказался сильнее. Победа осталась за Шон'ту; Гарадон пал, и только его жертва позволила Кулакам завершить замысел. Эта же рука некогда сомкнулась на горле Дарната Лисандера. Первый капитан Имперских Кулаков попал в плен к Шон'ту и вернулся из варпа лишь чудом — живым, но навсегда отмеченным ненавистью. С тех пор Лисандр ищет возможность свести счёты, и эта охота стала одной из главных линий в войне между орденом и Железными Воинами. Шон'ту, впрочем, не проявляет беспокойства. Для него пленение Лисандера было всего лишь тактическим эпизодом, пусть и оставившим след в хрониках. Он продолжает командовать своим крейсером, появляясь там, где имперская оборона считает себя неприступной, и доказывая обратное.

Стоит задержаться на последнем известном столкновении. Звёздный форт «Непоколебимый бастион» — древняя крепость, чей машинный дух был рождён ещё до объединения человечества. Он накопил больше боевых знаний, чем иной орден Астартес. Когда сенсориум зафиксировал «Железную злобу», технодесантник Коргон попытался выведать у духа машины советы для боя. Но дух машины, грубый и старый, лишь ругался, а затем в его сознание начал проникать чужеродный сигнал. Демонический вирус разъедал информационные контуры, превращая защитную крепость в ловушку. Кастелян Лепид, облачённый в золотой доспех и увешанный трофеями, строил планы мести, не подозревая, что уже мертвец. Его экипаж — неаугментированные слуги с эмблемой золотого кулака — послушно выполнял приказы, пока реальность вокруг них не начала искажаться. Коргон, заражённый вирусом, превратился в нечто чудовищное. Форт потерял контроль над собственными системами и начал пожирать защитников. Шон'ту даже не понадобилось высаживать абордажные партии: крепость уничтожила себя сама. Это самый изящный способ войны, который практикуют Железные Воины, — они не штурмуют стены, они заставляют стены предать своих хозяев.

Шон'ту не ищет славы и не стремится к демоническому апофеозу. Он — военачальник, для которого война давно стала ремеслом, а Империум — лишь материал для упражнений. В хрониках Орикана он останется как фигура, воплощающая холодную жестокость: без криков, без знамён, с одним лишь расчётом. Имперские Кулаки, мстящие за Лисандера и Гарадона, называют его еретиком; технодесантники, которых он заражает вирусом, не успевают произнести его имя. «Железная злоба» всё ещё бороздит мрак, и где-то впереди — очередной форт, который считает себя неуязвимым. Шон'ту уже знает, как его падение будет выглядеть.