Чумоносец

Чумоносец — это не столько солдат, сколько ходячий приговор. Его кожа — карта всех болезней, что когда-либо посещали галактику; его внутренности вываливаются наружу, но не мешают ему идти; его единственный глаз, мутный, как болотная вода, видит мир сквозь пелену разложения. При каждом шаге он бубнит перечень хворей — и это не молитва, а бухгалтерия: Нургл ведёт учёт каждой капли гноя, каждой лопнувшей язвы, каждого смертного, чьи лёгкие наполнились чумной слизью. Эти декламации сливаются в безумный гул, похожий на жужжание бесчисленных мух, и этот гул преследует даже тех, кто не слышит его ушами, — лишь кошмарами и навязчивым зудом под кожей.

Происхождение чумоносцев — это не рождение, а медленное разложение души. Древние тексты утверждают, что когда смертный поддаётся Гнили Нургла, его физическое тело гниёт в реальности, а душа — в Варпе. Из этой гниющей души, как личинка из трупа, выползает демон. Чумоносец помнит, кем был, но лишь как кошмарный сон: он помнит тепло крови, запах дождя, лица детей — и всё это теперь превратилось в гной, в котором копошатся нурглинги. Некоторые из них носят в себе остатки былых званий и обязанностей: чумоносец-счетовод таскает гниющие свитки и требует плату за проход; иные же просто бредут, сея заразу. Каждый из них уникален в своём распаде, но всех отмечают грязные рога и слезящийся молочно-белый глаз — знак того, что Нургл видит их всегда.

На поле боя чумоносцы — не стремительная угроза. Они движутся медленно, но их присутствие само по себе оружие. Демоническая аура страха подтачивает волю, облако мух затмевает зрение, а чумной меч оставляет раны, которые не заживают, а начинают гнить. Они могут изрыгать рвоту, разъедающую плоть, и каждая их рана — источник новой заразы. Даже убитый чумоносец продолжает служить Нурглу: из его тела вылезают нурглинги, а его прах разносит споры. В бестиариях Wrath and Glory ранг чумоносца варьируется от II до IV, угроза растёт с каждым повышением. Его признаки — Хаос, Демон, а способности включают Пугающий Облик, Демоническую Решительность, Разложение плоти. В Black Crusade у него передвижение 8/16/24/48, раны 15, общий боевой бонус 8, особенности Демон (+4), Страх (2), Потустороннее, Смертоносное природное оружие, Варп-нестабильность. В Dark Heresy он ослаблен: раны 10, умения Бдительность, Псиведение, Знание языка. Но все эти цифры — лишь попытка смертных описать то, что нельзя измерить. Настоящий чумоносец не имеет уровня угрозы; он имеет уровень терпения Нургла.

В иерархии Нургла чумоносцы — низшие пехотинцы, но среди них есть и командиры, например Зачумлённый, способный призывать подкрепления. Герольды Нургла, такие как Путрицифекс, Король-Червь, командуют ими. Сам Путрицифекс впервые проявился во время Вычищения Ярвина, и его тело — настоящий передвижной морг, вокруг которого распадается сама реальность. Чумоносцы торжественно служат таким герольдам и высшим демонам, как в Царствах Хаоса, так и в реальности. Когда культ Призывающих Скорбь поднимает волну заразы, именно чумоносцы сопровождают атаки на улей Десолеум или защищают ритуалы от жаждущих возмездия защитников.

В приключениях, записанных в хрониках Инквизиции и еретиков, чумоносцы встречаются там, где Нургл протягивает свою руку. Они охраняют гниющие миры, выползают из Камней Противоположности, бродят по Топи в компании дикарей. Встреча с чумоносцем может закончиться по-разному: фанатики Кхорна атакуют, слуги Нургла пробуют договориться. Некоторые еретики, наделённые благословением Бога Чумы, пытаются обратить демона на службу, по крайней мере на время — и чумоносец-счетовод может оказаться полезным проводником. Другие предпочитают атаковать — и редко доживают до конца схватки, ибо каждая рана, нанесённая демону, лишь ускоряет распространение заразы.

Самое страшное в чумоносце — не его когти или меч, а его смирение. Он не рычит и не проклинает: он бубнит, сверяясь с бесконечным списком, и в этом бубнежании слышится жужжание мух, пожирающих надежду. Он не испытывает ненависти — только терпение. Он знает, что все, кто стоит перед ним, уже вписаны в свитки Нургла, и рано или поздно их тела станут такими же, как его собственное. Чумоносец — это не враг, это диагноз.