Убийство Воронов

Убийство Воронов — крупное событие (битва) между силами Империума — Адептус Астартес ордена Гвардия Ворона — и тёмными эльдарами (друкари), а именно ковеном гемункулов Изменённые, произошедшее на планете Парохей. Событие подробно описано в Кодексе: Тёмные эльдар (7-я редакция), дополнение к кодексу «Ковены гемункулов».

Предыстория. Гемункулы из ковена Изменённых уже бывали на планете Парохей. Последний раз они посещали её в 018.М35, и тогда для них всё сложилось плачевно. Местный народ просто задыхался от суеверий; большинство людей боялось собственных теней. Это было идеальное место для развлечений репугномантов — гемункулов, изучающих страх. Там существовало множество входов в Паутину, и Изменённые когда-то в прошлом поспорили между собой, какой процент населения им удастся свести в могилу, не прибегая к насилию. В основном на Парохее занимались горнодобывающей промышленностью. Коричневато-жёлтые горы были испещрены тоннелями и конвейерными подвесными путями. Гемункулы впервые узнали о существовании мира, когда серворудокопы случайно повредили неактивный портал Паутины сейсмическим молотом. С того дня планету стали терзать жуткие кошмары, как воображаемые, так и вполне реальные.

В последний свой прилёт Изменённые наткнулись на космодесантников Гвардии Ворона, поджидавших их в засаде. Лучшие оперативники среди Адептус Астартес, сыны Коракса, блистательно провели атаку, искалечив, обезобразив или, как в случае с виконтом Синдриком, разорвав ковенитов на мелкие куски очередями из тяжёлых болтеров. Выжившие гемункулы сбежали через ближайший портал назад в Комморру, а Синдрика впоследствии воскресили, собрав для этого достаточно его останков. Уязвлённая гордость не давала Изменённым покоя. В особенности тяжело этот провал перенёс виконт; его гнев был настолько силён, что он вылез из регенерационного гроба задолго до полного своего восстановления. Тогда же Изменённые вновь отправились на планету Парохей, возглавляемые Синдриком — совсем белым и безволосым чудищем с острыми как ножи зубами, обнажёнными в отвратительно растянутой злой ухмылке.

Спустя годы мстительный гемункул вернулся в хорошей компании. С ним прибыли несколько репугномантов, которые сделали свой облик как можно более ужасающим, чтобы иметь больше шансов до смерти запугать защитников Парохея. Однако истинной целью миссии было вовсе не праздное времяпрепровождение. Предположив, что Гвардия Ворона, вероятнее всего, по-прежнему приглядывает за жителями мира, гемункулы намеревались вновь втянуть защитников человечества в битву, но теперь сделать это так, чтобы они поменялись ролями. Синдрик мобилизовал ячейки раболепных слуг Изменённых и отправился в путь, сопровождаемый теми своими ближайшими союзниками, кто посчитал, что назревающее представление будет слишком занимательным, чтобы его пропустить.

Как только войско собралось, виконт повёл через Паутинный портал своих соратников-гемункулов, а основной части рейдовой группы приказал дожидаться сигнала в Паутине. После высадки на поверхность планеты большинство репугномантов ковена нашли себе логова в густых лесах и «проклятых тоннелях». Они готовились насладиться ожиданием перед убийством, как всегда это делали, но Синдрик не желал промедлений. Его жилистое тело плыло по воздуху через окраины ближайшего горняцкого городка высоко над людьми и геосервиторами, чтобы прочувствовать царящую вокруг атмосферу. Отчётливо ощущался запах страха, но он не шёл ни в какое сравнение с роскошным букетом ароматов подбирающегося отчаяния.

Горняки объединились для противостояния явившемуся порождению кошмаров, но Синдрик по-прежнему беззаботно парил над ними, активировав клонирующее поле, благодаря чему бросаемые в него камни проходили мимо. Широко раскрыв безгубый рот, властелин ковена откинул голову назад и издал пронзительный крик, которому вторила дюжина его копий. Существа, что вышли из теней, откликнувшись на зов, были ещё ужаснее самого гемункула.

Основные события. Когда прибыли Гвардейцы Ворона, получившие астропатический сигнал бедствия из столицы Парохея, они ловко и быстро провели свою операцию. Отбросив идею о громоподобном ударе десантных капсул, космодесантники решили попасть в главный космопорт планеты на борту рудовоза, а затем выбраться оттуда под покровом ночи. Пройдя по давно не используемой дренажной штольне, они встретились со своими связными в этом мире. Информаторы, уже давно следившие за всякими сверхъестественными проявлениями, со всеми подробностями рассказали о сложившемся затруднительном положении. По их словам, каждое утро от населения поступают новые звонки о странных и необъяснимых вещах: о жутких нескладных монстрах, рыщущих в сумерках, о вооружённых силовиках, превращённых в обсидиановые статуи, о красных скелетах, приходящих в дома жителей и забирающихся в их постели, о странных символах, начертанных мелом на стенах казарм, и поседевших трупах, держащихся за сердце окоченевшими пальцами. Страшнее всего были истории о мертвенно-бледном чудовище, которого видели только в предрассветные и предзакатные часы и в народе называли Зубоскалом. Этот изверг убивал сотни солдат из местных сил обороны, а их трупы подвешивал вдоль всей Новой дороги за рёбра, торчащие из вскрытых грудных клеток, словно гротескные крылья ворона. Это был явный вызов сынам Коракса.

Теневой капитан Гвардии Ворона Ярослан Медезус пребывал в безмолвной ярости, слушая доклад. Ещё до прибытия Адептус Астартес связным удалось выявить общую точку, связывавшую между собой место каждого происшествия, — заброшенные шахты в расселине, известной как ущелье Диавола. После того как разведчики подтвердили расположение там базы ксеносов, пришло время провести атаку как можно более внезапным и эффективным образом.

Гемункулы позволили космодесантникам думать, что их не видят, ещё чуть дольше — ровно настолько, чтобы тактические отделения достигли входов в туннели, проходящие через ущелье Диавола. Как и ожидалось, Гвардия Ворона отправила в каждый из них по сервочерепу для составления карты и обнаружения любых ловушек. Но внутри они не нашли ничего, кроме абсолютной тьмы. В действительности, как только сервочерепа доходили до определённого места, с ними обрывалась связь, и слышался только шум статики. Гвардейцы Ворона списали это на электромагнитное поле рельсовой дороги, но инстинктивно чувствовали, что здесь что-то не так. Всё же космодесантники решились войти, держась группами из десяти человек, как строго предписывал в таких обстоятельствах Кодекс Астартес. Сектор обстрела каждого бойца в отделениях был рассчитан настолько точно, что даже неожиданно набросившийся амбулл был бы быстро устранён. Обыскивая туннели миля за милей, они не находили ни следов гемункулов, ни их приспешников. Когда воины выстроились в колонну по одному, чтобы преодолеть узкий проход в самом сердце сети шахт, в каждом отделении исчезло по одному космодесантнику, шедшему сзади. Сержантский состав принялся возбуждённо совещаться полушёпотом, определяя, что важнее: немедленный поиск пропавших боевых братьев всеми силами или продолжение их тайной миссии. Но решение было сделано за них, когда вся гора содрогнулась. В глубинах штольни с силой был пробит портал из Паутины, но Гвардия Ворона приняла тревожные толчки за первые признаки землетрясения и приказала начать тактическое отступление к устью каждого тоннеля. Тогда-то скиммеры ковенитов с неистовым рёвом обрушились с неба. Все собравшиеся космодесантники с болтерами наготове одновременно посмотрели наверх, и в этот же момент обезображенные развалины стали десятками выбираться из вертикального чёрного ствола шахты позади них. Нескольких эльдар тут же разорвало болтерными очередями, но многим Астартес не хватило доли секунды, чтобы успеть отреагировать, и Синдриковы развалины исступлённо принялись резать и рубить сочленения в доспехах противников, издавая радостные вопли. Космодесантники решительно давали отпор, ломая чужакам шеи и вырывая сердца, но ковенитов это нисколько не останавливало.

Со страшным гулом из облаков вырвалась эскадрилья «Грозовых Воронов» и пронеслась над сражающимися, расстреливая ксеносов из штурмовых пушек. Металлические челюсти каждого корабля раскрылись и в полёте извергли клинья штурмовых космодесантников, которые понеслись к ковенитским катерам, скользившим между склонами горы. Несколько мчащихся «Рейдеров» разломалось на части под действием силы удара бронированных сабатонов, однако ведущее судно проскочило без повреждений. Стоя ногами на противоположных поручнях боевого катера, Синдрик открыл драгоценную шкатулку в виде яйца и что-то воодушевлённо проворковал. В это же время рядом пролетел «Лендспидер», и на волосок от лысой головы гемункула прошёл мельта-луч, оставив чёрный обожжённый шрам. Синдрик только рассмеялся. Секундой позже из шкатулки вырвалось щупальце несвета и выбило пилота корабля с его сиденья, из-за чего скиммер на полной скорости врезался в скалу. «Грозовой Ворон» выпустил из подкрыльных пусковых установок ракеты. Виконт Синдрик, слишком увлечённый зрелищем того, как его развалины отрывают космодесантникам руки и ноги, получил удар прямо в спину, и бесцеремонно был отброшен далеко вперёд за мгновение до того, как прогремел взрыв, и от гемункула остались одни ошмётки.

Когда это произошло, Квелих Истощающий — тощий как тростинка гемункул, знавший Синдрика долгие тысячелетия, — скривил рот в гримасе раздражения. Только он подал гротескам команду взобраться по руинам здания управления шлюзами, как уже спустя миг они кидались на иссиня-чёрный штурмовик Адептус Астартес, несущийся вдоль горного ската. Лишь одному из монстров удалось допрыгнуть, остальные же, молотя воздух конечностями, разбились о скалы. Тот, что зацепился за «Грозового Ворона», сбил его с курса, вследствие чего самолёт врезался в другой такой же и вместе с ним взорвался о залитый лунным светом склон. Пилота одного из кораблей, который сумел выбраться из кабины, обступили создания Маэстру Трилемниса, союзника Синдрика из Пророков Плоти. Машины боли тёмного ремесленника разорвали Астартес на части, а затем заново собрали его труп в ином виде, более приятном глазу своего хозяина.

Перегруппировавшиеся у входа в тоннели выжившие Гвардейцы Ворона свирепо отбивались от ксеносов. Почти все они вели бой на ближней дистанции, сражаясь спиной к спине. Снаряды болт-пистолетов срывали жгуты мышц с костей, руки в бронеперчатках подныривали под лицевые маски и вонзали боевые ножи по самый мозг. Повсюду взрывались гранаты. Уставший от всего этого бестолкового насилия, аристократичный лорд Феругаст уже подходил к дожидающемуся его «Рейдеру», как вдруг из укрытия выскочил сержант скаутов и насадил гемункула на силовой меч. Феругаст поднял от удивления брови и кивнул в знак того, что он впечатлён. Космодесантник дёрнул клинок вверх, вспарывая туловище противника, но этим он вызвал у него только приятную боль — органы ковенита располагались совсем не там. С почти небрежной плавностью гемункул протянул к незащищённой челюсти воина перчатку плоти. На короткий миг сержант раздулся, а после лопнул, окатив своего убийцу волной крови. Феругаст благодарно облизал похожие на двух червяков губы и за счёт улучшенных чувств принялся анализировать состав крови, пока вторичные конечности зашивали бескровную дыру в груди. Ощущалось что-то непонятное, какой-то изъян, дававший горечь. И тут он понял, в чём дело: геносемя Гвардейца Ворона по-прежнему сохраняло свою функциональность, однако, судя по ощутимому привкусу порчи, от становления чем-то более страшным его отделяло всего какое-то мгновение. Когда гемункул это понял, он сощурил глаза от наслаждения и проглотил красную жидкость, а после связался с коллегами по ковену. У него в голове родилась идея для более изощрённой мести.

Со смертью Синдрика соратники Феругаста не видели особого смысла продолжать следовать его плану. Инъекторы ихора и перчатки плоти перевели в режим дозирования, вызывающий паралич, а не летальный исход; ячейкам развалин и гротесков дали команду захватывать противников, а не убивать. Штурмовые космодесантники Гвардии Ворона вновь стали биться с пылом, когда увидели, как нескольких из них обратили в статуи, а после утащили горбатые гротески. Один за другим парализованные космодесантники падали на землю. Последние из них активировали свои прыжковые ранцы и вышли из боя, однако кружившие в воздухе «Яды» сбили их точным огнём осколковых пушек.

Уже отчаявшись, теневой капитан Медезус набросился на смеющегося Квелиха, пока тот снимал скальп с павшего космодесантника. Ярослан вогнал свои грозовые когти в шею чужака с такой силой, что не только обезглавил его, но и рассёк его спинной отстойный резервуар, откуда забил фонтан омерзительных жидкостей. Отрезанная голова тёмного эльдар прокатилась по земле и, остановившись, насмешливо уставилась чёрными бусинами глаз на Медезуса. Тут же подскочила целая ячейка развалин, один из которых вонзил теневому капитану Гвардии Ворона иглу точно в загривок, а другой бережно поднял ухмыляющуюся голову Квелиха. В это время в небе появились два других «Грозовых Ворона» и выпустили по склону ракеты, которые разорвали двух гротесков на мелкие куски и частично засыпали булыжниками вход в ствол шахты. Подобного сигнала к следующей стадии плана гемункулы только и ждали. Все как один, ковениты отступили во тьму; крупнейшие из них несли на себе пленённых космодесантников. Болтерный огонь ударял в мускулистые спины и проделывал отверстия в металлических корпусах машин боли, но члены ковена получили настолько мощную подпитку от резни, что не обращали внимания даже на самые тяжёлые ранения. Последние развалины спускались по крутому склону, вплотную преследуемые дорожками из снарядов, выпускаемых болтерными установками «Грозовых Воронов». Один из ковенитов задёргался, когда крупнокалиберные пули полностью изрешетили его, но остальным удалось скрыться во тьме невредимыми. В следующий миг горный скат задрожал, и вызванный штурмовиками-истребителями обвал окончательно перекрыл входы в тоннели.

Последствия. Гвардии Ворона, лишившейся не только средств связи, но и доброй части своих бойцов, не очень-то нравилась перспектива разбирать завал из камней. Когда «Грозовые Вороны» приземлились и раскрыли свои металлические пасти, выжившие космодесантники провели перегруппировку. Выяснилось, что тот самый противник, которого они пришли убить, забрал каждого десятого из них во тьму. Поклявшись, что на этом всё не закончится, Гвардейцы Ворона с мрачным видом погрузились в десантные транспорты, которые унесли их на борт звездолёта, стоящего на низкой орбите.

Два дня спустя ударная группировка Астартес пробилась в тоннели Паутины, что вели к Парохею. После короткой стычки с ковенитами Гвардии Ворона удалось вызволить пропавших братьев всех до единого. У похищенных были затуманены воспоминания, но тела остались нетронутыми, и после длительного карантина воины вернулись в свои боевые роты. Впоследствии все они с честью отдали жизни на службе своему ордену, и их геносемя было возвращено и вживлено новым рекрутам. Спустя время оно разошлось по всему ордену, но тьма, засевшая в нём, была вписана в сам генетический код, который так ценился космодесантниками. Спустя сто лет и один день после столкновения с тёмными эльдарами на Парохее, внезапная мутация геносемени превратила десятки лучших воинов Гвардии Ворона в гротескных чудовищ. Чтобы помешать дальнейшему распространению порчи, пришлось истребить целое поколение рекрутов. В конечном счёте гемункулы осуществили свою месть руками тех, кто хотел попытаться бросить им вызов.

Цитаты, связанные с событием. Квелих Истощающий перед созданием Синдрикова отстойника произнёс: «Умереть раз по вине добычи ещё терпимо. Умереть дважды от рук той же жертвы, причём схожим образом... безусловно, непростительно. Соберите останки этого болвана, мы научим его учиться на своих ошибках». Во время битвы описан эпизод с братом Кинием из Гвардии Ворона: «Сдохни, тварь!» — выкрикнул Киний и, бросившись вперёд, рубанул цепным мечом. Гемункул ответил: «Вот те на! — тихо рассмеялся сладкий голос. — Не стоит опускаться до таких пошлостей, брат Киний. Ты и я скоро станем лучшими друзьями, обещаю. Нам следует узнать друг друга получше». Также в кодексе упоминается, что обе стороны считают тени своими союзниками.