Каобер
Краткое содержание
Разведчик Танитского Первого и Единственного: нож, лазпистолет, зеркальце для бритья и способность находить путь там, где остальные видят только смерть.
Полное описание
Имя Каобера не выбито золотом на стягах Танитского Первого и Единственного. Оно встречается в полковых журналах разведывательных групп, в докладах сержанта Макколла и в памяти тех, кто выжил благодаря тому, что этот человек первым входил в темноту. Для архивариуса Призраков Каобер — не герой с агитационной листовки, а рабочая единица войны: разведчик, нож, глаза и уши. Он был родом с Танита, мира, сожжённого Хаосом, и стал одним из тех, кого Гаунт вытащил из пепла. Всю свою службу он провёл в авангарде — на Экс Кардинале, на Херодоре, на Яго и на Урдеше. Его оружием были лазпистолет, боевой нож и умение читать местность быстрее, чем враг успевает выстрелить.
Каобер принадлежал к тому братству разведчиков, которое держалось на сержанте Оане Макколле и на молчаливой взаимной выручке. В отличие от некоторых «звёзд» полка, вроде безумного снайпера Ларкина или тяжеловеса Брагга, Каобер не искал славы. Он делал свою работу: уходил вперёд, смотрел, слушал, возвращался и докладывал. В бою он оказывался там, где заканчивалась информация и начинался враг. Именно поэтому в разведывательных сводках полка его фамилия мелькает снова и снова — от ночных вылазок до уличных боёв.
Один из самых показательных эпизодов его службы произошёл на Пенфоркской линии, в траншеях Экс Кардинала, где Крестовый поход за миры Саббат завяз в позиционной мясорубке. Танитцы и союзные гензвикцы обороняли траншею от налетчиков, и Каобер вместе с Беном и тремя солдатами Альянса отстреливался за траверсом. Когда Макколл, Мак-Веннер и Каобер пошли в фланговый обход, они действовали как единый механизм: Мак-Веннер выдвинул оптоволоконный зонд, пересчитал врагов — восемь траншейных бойцов, затем ещё четверо у угла траверса, двое под ними и двое слева. Каобер и Макколл положили лазвинтовки в грязь, взяли пистолеты и ножи. Макколл сорвал детоленту с тубусного заряда, и взрыв вышвырнул из траншеи горящее тело. Танитцы скинули плащи и спрыгнули в окоп.
Спуск у Каобера вышел не самым изящным: он в прямом смысле свалился на голову двум налетчикам, и все трое яростным клубком скатились на дно траншеи. Один из врагов наступил ему на ногу и вывихнул лодыжку. Каобер взвыл от боли, но выстрелил противнику в таз. Второй налетчик рубанул разведчика штыком; Каобер парировал лезвие ножом, выстрелил и промахнулся, потерял пистолет. Оружие лежало рядом, но Каобер не стал тратить время: перехватил ствол вражеской винтовки, потянул на себя, завёл штык под руку, вогнал его в стену траншеи и наложил горло шадикца на своё лезвие. Кровь брызнула на грудь. Когда Мак-Веннер закричал в коммуникаторе «Ложись!», Каобер распластался рядом с трупом.
Бой продолжился: по рву наступали ещё пять налетчиков. Мак-Веннер рванул вперёд, снёс первых двух, третьего повалил, четвёртому разворотил голову. Пятый пальнул по Мак-Веннеру, и тот завалился с хлещущей из головы кровью. «Вен!» — заорал Каобер, бросился на выстрелившего, сбил его с ног, прижал предплечьем, развернул нож лезвием вниз и несколько раз вогнал врагу в грудь. Это была не красивая дуэль, не подвиг для хроник, а грязная работа выживания. После боя, около 11:30, группа Макколла вернулась в Ронфорк. Каобер и Мак-Веннер пришли в лазарет, размещённый в цеху заброшенной суконной фабрики на южных окраинах. Дорден ухаживал за вывихнутой лодыжкой Каобера, пока Лесп зашивал раненое ухо Мак-Веннера. Каобер сидел на деревянном столе, стиснув зубы, и ныл по-солдатски: «Чувствую себя брошенным в кипяток шершавником, док». Дорден, старый медик, который видел слишком много покалеченных мальчишек, только вздохнул: «Ты уже взрослый мальчик, так что не ной. Разве Вен устраивает истерику? Нет, хотя у него кровь хлещет, как у зарезанного кабана». Каобер был неплохим разведчиком, но никудышным рассказчиком: на вопрос, как всё произошло, он сбивчиво выдавил, что на ногу наступили во время боя.
Другая грань его характера открылась на Урдеше, в разгар кампании, когда майор Роун — уже не молодой и обожжённый войной офицер — отдал приказ стрелять при любых сомнениях. Война против Кровавого Пакта давно перестала быть чистой, и гражданские неизбежно попадали под удар. Каобер оказался в отряде, который зачищал двор у заброшенных домов. Стрелки на верхних этажах расстреливали танитцев сверху, используя прячущихся во дворе людей как живой щит. Ларкс уловил движение, Маггс кинул гранату за стену. Когда дым рассеялся, во дворе лежали раненые гражданские — мужчины, женщины, дети. Полковые санитары выводили обожжённых, пока другие Призраки из группы Каобера распаковывали скатки, чтобы накрыть мёртвых. Капитан Тона Крийд спросила, что случилось. Каобер бросил на неё кислый взгляд: «Не военные, сэр». Он вздохнул и пожал плечами. Он объяснил, что они пытались зачистить место, но враги знали о мирных. «Сделали маленький прекрасный буфер для ублюдков. Стреляли в нас сверху, заставили нас ворваться и поубивать своих. Ублюдки». Слово «ублюдки» он произнёс так устало, что Крийд поморщилась. Когда она захотела взять Маггса с собой преследовать стрелков, Каобер прошептал: «Оставьте его». Он понимал, что Маггс уже на пределе, и пытался уберечь товарища от лишнего груза.
На Херодоре, во время обороны храма Святой Саббат, Каобер снова оказался в центре событий, хотя и не на первых ролях. Пока Гаунт разговаривал с Дерином, который чувствовал, что Беати Саббат покинула их, Каобер проскользнул в заднюю часть строения после пробежки через разбомблённую улицу. Его доклад был коротким и точным: «Нам нужно убираться, сэр. Три или четыре вражеских танка повернули на запад, и они приближаются позади нашей позиции. Нас тут зажмут, если мы останемся». Гаунт спросил, куда идти. Каобер уже связался со взводами сержанта Макколла и капитана Даура: их заставили отойти в здания. Гаунт понял, что это отступление, но Каобер возразил: «Выдвинуться назад — единственное разумное решение. Вперед больше нет пути». Гаунт приказал ему найти строение для обороны и провести Призраков. В этот момент в здание попал снаряд, разнёс стену и убил двух солдат первого взвода. Каобер был тем, кто уводил людей от смерти, даже когда смерть уже ломилась в дверь.
Крепость Хинцерхаус на Яго стала для Каобера иной проверкой. Танитский Первый получил приказ удерживать древний проход, и внутри крепости творилось неладное: враг словно просачивался сквозь стены. Вместе с майором Роуном Каобер обыскивал верхний восточный двенадцатый, где гулял тонкий, острый ветер, а настенные фонари тускнели. Роун спросил, не проходил ли кто этим путём. «Никто, сэр», — ответил Каобер. Роун решил вернуться к лестнице; Каобер напомнил, что главные ворота атакуют и по связи там весьма напряжённо. Роун возразил, что если Кровавый Пакт каким-то образом оказался внутри, защита главных ворот становится второстепенной. Каобер кивнул: «Это факт, Майор Роун». Его огневая команда повернула в другую сторону, и они продолжили поиск. В этой миссии не было ни славы, ни зрелищ — только сквозняки, шорохи и ожидание засады за каждым углом.
После битвы при Хинцерхаусе, когда пыльная буря Яго выла вокруг дома, а раненые заполнили полевую станцию, Каобер сделал то, что не делал годами: он достал старую танитскую волынку. Комиссар Харк, лежавший на койке, услышал музыку — не ту, что преследовала его в кошмарах, а неумелую, с взрывными нотами и плохими сменами тональности. Анна Керт мягко сказала ему: «Это Каобер. У Каобера есть старая, и он сейчас играет на ней». Харк понял: игрок не прикасался к волынке долгое время. Каобер играл старую танитскую мелодию так медленно, что она превратилась в панихиду, в жалобную песнь. Харк сказал: «Они всё знают». Все знали о смерти Гаунта, все знали о потерях.
На Урдеше, в городе Сиренхольм, Каобер вновь исполнял обязанности передового дозора. В парадных залах вторичного купола, где пахло духами и угасшей роскошью, он вернулся из разведки и опустился рядом с Гаунтом. На вопрос о щитах Каобер кивнул: «Выглядят так, как описывал комиссар Харк. Они установлены попарно на краях дверных проёмов. Там была лестница, но я не рискнул проверить её без пожарной команды». Гаунт поблагодарил его. Позже, в Квартале Масонов, когда клин пехоты Кровавого Пакта вгрызся в Хиссонскую улицу, а соседние улицы оказались непроходимы, Гаунт спросил совета. Каобер твёрдо сказал: «Мы пойдем через те здания». Он сверился с планшетом и объяснил: пройдя через фабрику и жилой дом, они выйдут на Улицу Фансибл, дальше от суматохи. Маккеллер сбил лазером подвесной замок на внешней двери фабрики. Каобер умел видеть город как сеть проходов, а не как набор препятствий.
В одном из эпизодов штурма вражеской крепости разведчики Маквеннер, Бонин и Каобер заняли западную башню. Это была та работа, ради которой существуют разведчики: зайти туда, где враг не ждёт, закрепиться и дать остальным возможность прорваться. Каобер не был неуязвим: его лодыжку вывихивали, его оружие выбивали из рук, его тело покрывали шрамы. Но каждый раз он поднимался, находил нож и продолжал. Он пользовался зеркальцем для бритья, чтобы выглядывать из-за углов в коридорных боях — маленькая хитрость, которую у него переняли другие Призраки.
Каобер — характерный образец танитской разведки: неразговорчивый, цепкий, преданный своим. Он не произносил речей и не вёл за собой взводы в отчаянные атаки. Его стихия — предрассветная мгла, разбитые улицы, переполненные врагами траншеи и древние коридоры, где каждый звук может стать последним. Он служил под началом Гаунта и Макколла, работал плечом к плечу с Мак-Веннером, Бонином, Маггсом, Придом и Маккеллером. Его доклады спасали жизни; его нож успокаивал тех, кто слишком близко подходил к Призракам.
В хрониках Крестового похода в миры Саббат Каобер останется именем в полковых списках, одной из множества теней, из которых состоит Танитский Первый. Но именно такие тени — обученные, выносливые, видящие в темноте — держат фронт, пока комиссары и лорды спорят о стратегии. Когда наступает тишина, Каобер берёт волынку и напоминает всем, что даже у призраков есть память и скорбь. Он выжил, потому что не пытался стать героем; он просто был разведчиком, который отказывался умирать раньше, чем выполнит задачу.
Ключевые факты
Собраны ИИ по текстам книг и источникам базы.
-
Каобер — разведчик в личном взводе комиссара-полковника Ибрама Гаунта в Танитском Первом и Единственном.
-
Во время траншейного боя на Экс Кардинале участвовал в фланговом обходе с Макколлом и Мак-Веннером.
-
В рукопашной в траншее Каобер свалился на двух врагов, получил вывих лодыжки и застрелил одного в таз.
-
Потеряв пистолет, Каобер перехватил ствол винтовки противника, загнал штык в стену и перерезал горло шадикцу.
-
Когда Мак-Веннер получил ранение в голову, Каобер повалил стрелка и несколько раз вогнал нож ему в грудь.
-
После боя Дорден лечил вывихнутую лодыжку Каобера в лазарете на южной окраине Ронфорка.
-
Каобер плохой рассказчик: на вопрос Дордена о бое он сбивчиво ответил «на... ай!... на нее наступили... во время боя».
-
На Урдеше после приказа «сначала стрелять» Каобер доложил Тоне Крийд, что стрелки врага использовали гражданских как буфер.
-
Каобер пытался защитить Маггса от Крийд, прошептав «Оставьте его».
-
На Херодоре Каобер предупредил Гаунта о приближении трёх-четырёх вражеских танков и предложил отходить.
-
Каобер поддерживал связь со взводами Макколла и Даура и передал Гаунту, что те отходят в здания.
-
Гаунт приказал Каоберу найти строение для обороны и провести туда Призраков.
-
В Хинцерхаусе Каобер вместе с Роуном искал проникших врагов; он доложил, что никто не проходил, и напомнил об атаке на главные ворота.
-
Роун назвал рассуждение Каобера «фактом» и согласился с ним.
-
В Сиренхольме Каобер провёл разведку пустотных щитов и доложил Гаунту, что щиты установлены попарно на краях дверных проёмов.
-
Каобер отказался проверять лестницу без пожарной команды.
-
В Квартале Масонов Каобер предложил идти через здания — фабрику и жилой дом — чтобы выйти на Улицу Фансибл.
-
Разведчики впереди колонны Гаунта — Каобер, Маккеллер и Прид.
-
В бою за вражескую крепость разведчики Маквеннер, Бонин и Каобер заняли западную башню.
-
Каобер использует зеркальце для бритья при осмотре углов в коридорных боях.
-
После битвы при Хинцерхаусе Каобер играл на старой танитской волынке панихиду по погибшим.
-
Анна Керт подтвердила Харку, что играет именно Каобер.
-
Харк заметил, что игра была не очень хорошей, но медленной и жалобной, как панихида.
-
Каобер служит в полку, известном как Призраки Танита, и участвует в Крестовом походе в миры Саббат.
Связи (19)
| Цель | Предикаты |
|---|---|
| Бонин | союзник |
| Виктор Харк | служит, служит |
| Жажжо | союзник |
| Ибрам Гаунт | командир, командир |
| Кровавый Пакт | враг |
| Лайф Роун | связан с |
| Маггс | союзник |
| Мак-Веннер | союзник |
| Нэсса Бурах | командир |
| Оан Макколл | командир, командир |
| Осада | участник |
| Танитский Первый и Единственный | член, член |
| Тона Крийд | связан с, связан с |
| Хилан | союзник |
Атрибуты
| полк | Танитский Первый и Единственный (Призраки) |
| звание | рядовой |
| специализация | разведчик |
| оружие | лазпистолет, боевой нож, лазвинтовка |
| родной мир | Танит |
| кампании | Крестовый поход в миры Саббат; Экс Кардинал; Херодор; Яго; Урдеш |
| особые приметы | носит старое зеркальце для бритья; умеет играть на танитской волынке |
Хронология
Каобер служит разведчиком в Танитском Первом во время Крестового похода в миры Саббат.
Траншейные бои на Экс Кардинале, Пенфоркская линия: Каобер получает вывих лодыжки в рукопашной, Дорден лечит его в Ронфорке.
Оборона крепости Хинцерхаус на Яго; Каобер с майором Роуном ищет проникших врагов внутри крепости.
После битвы при Хинцерхаусе Каобер играет на старой танитской волынке панихиду.
Бои на Урдеше: Сиренхольм, приказ «сначала стрелять», инцидент с гражданскими во дворе.
Разведка в Квартале Масонов, маршрут через фабрику и жилой дом на Улицу Фансибл.
Штурм вражеской крепости: Каобер с Маквеннером и Бонином занимают западную башню.
На Херодоре Каобер предупреждает Гаунта о танках и участвует в отходе через воронки.
Группа Макколла возвращается в Ронфорк; Каобер и Мак-Веннер проходят лечение в лазарете на суконной фабрике.
Обратная связь
Заметили неточность или ошибку?
Рекомендации
Граф связей
Текстовые фрагменты (4)
После отражения первой атаки бой продолжается. Маколл и Бонин укрепляют оборону у пролома. Бен и гензвикцы сдерживают врага за траверсом. Граната с рукоятью перелетает через укрытие, но Мак-Веннер ловит её и бросает обратно, оглушая противника. Маколл, Мак-Веннер и Каобер решают обойти врага с флан…
Эзра продолжает убивать врагов, используя рейнбоу и меч Гаунта. Он ранен в бок, но пробивается к сборному дому, где сталкивается с дамогором — командиром лагеря, вооружённым цепным мечом. Эзра понимает, что его навыков фехтования недостаточно. Харк встречает полковника Баклера из Кадогасского Пятьд…
Далин пытается увести Йонси с лестницы, но она настаивает, что должна ждать 'папу', и упоминает 'плохую тень'. Далин замечает у неё язву на шее. Сцена переключается на бой в Милгейте: Каобер, Маггс, Ларкин и Нэсса ведут перестрелку с вражескими стрелками, планируя обход. Роун встречается с майором …
Роун, получив приказ 'препятствовать вражеским действиям', решает ужесточить тактику: приказывает стрелять при любых сомнениях, несмотря на возможные жертвы среди гражданских. Он обсуждает это с офицерами, недовольными таким подходом. Затем Роун говорит с Жуковой, выражая уверенность, что Макколл ж…