Сабтек

В легионе, который возводит проповедь в ранг оружия, Сабтек занимает странную нишу: он не читает длинных проповедей и не выводит боевые порядки под звон колоколов. Формально — командир тринадцатого круга, что в иерархии Несущих Слово означает немалую власть над людьми, оружием и связью. Неформально — уши своего господина, живой фильтр между варп-шумом и решением Тёмного Апостола. И именно такой человек нужен Мардуку в тот час, когда проклятый корабль «Инфидус Диаболус» застревает на орбите демонического мира, сервиторы гаснут, а на мостике остаются одинокий маяк и присутствие похищенной прорицательницы Антиганы.

Сабтек не ищет славы; он делает свою работу. Когда эфир взрывается искажённым вокс-сообщением, именно он опознаёт в помехах голос, который Мардук — прервав медитацию — узнаёт мгновенно. Это Энусат, Первый Послушник, считавшийся потерянным. Голос умоляет о помощи, и этого достаточно, чтобы сломать осторожность Тёмного Апостола. Мардук решает идти на поверхность, хотя Корифей Кол Бадара тяжело ранен, хотя Антигана опасна, хотя сам демонический мир обещает лишь ядовитую атмосферу, орбитальные кладбища кораблей, деревья с кровавым соком и гниющие джунгли. Решение принято не на виду у всех — оно выросло из перехвата, совершённого человеком, который остался на мостике.

Тринадцатый круг — не ударный клин, а механизм слежки и связи; Сабтек командует именно такой структурой. В ней важнее не личная мощь, а умение разобрать шифр в чертогах Варпа, отличить мольбу от ловушки, не дать панике заглушить сигнал. Для легиона, поклоняющегося Хаосу, в этом есть своя ирония: адепты Тёмных Богов готовы внимать шёпотам подземных сущностей, но без таких слухачей их корабли остаются слепы и глухи. Сабтек же демонстрирует почти механикскую верность процессу — он ловит сигнал, называет вещи своими именами и передаёт эстафету тем, кто спускается в ад.

Имя, кстати, легко спутать с званием сабтека из ульев Некромунды — так там называли юных бойцов Дома Ван Саар, которых старики берегли, пока рад-фагия разъедала кровь и кости. Но этот Сабтек никого не просит о снисхождении: он сам часть огромной тёмной церкви и сам несёт ответственность за то, чтобы сигнал не пропал в пустоте. Одинаковые слова в разных частях галактики означают разное; здесь «сабтек» — не мальчик с лазганом, а функционер тьмы, чей инструмент — не пушка, а приёмник.

Дальнейшая история, впрочем, не о нём. Челнок «Инвизус» уносит Мардука и Несущих Слово сквозь ядовитую атмосферу; они находят храм, где за столом из костей восседает демон-Счетовод. Но то, что произошло там, началось здесь — в рубке, где Сабтек услышал голос Энусата. Таких людей никто не упоминает в хрониках побед, их имена не вплетают в витражи храмов, но именно они поворачивают колесо событий, оставаясь за кадром. В 41-м тысячелетии это, пожалуй, лучшая судьба из доступных смертному: жить достаточно долго, чтобы однажды снова перехватить зов, который нельзя игнорировать.