Уильям Кинг-Гризнак на переправе 1993

Гризнак, матерый орк-воин из клана Гофф, выглядывает из оврага и наблюдает за переправой через кислотную реку, которую обороняют люди в красных доспехах. Вражеские болтерные снаряды свистят мимо, но он игнорирует их, изучая местность. Спустившись обратно, он с презрением смотрит на свою поникшую ватагу: более дюжины рослых Гоффов и несколько дюжин гретчинов. Гризнак саркастически вопрошает, действительно ли они называют себя Гоффами, на что гретчин по имени Жучара простодушно отвечает, что они — гретчины. Разъяренный Гризнак хватает его за ухо и пинает, поясняя, что обращался к оркам, а не к мелочи. Орки, пристыженные, рассматривают свои сапоги, а Гризнак вспоминает, как однажды видел лунных быков на Джагге, которые так же сбивались в круг, выставляя рога — в этот момент они были наиболее опасны. Он надеется, что это знамение от Горка и Морка, и что удача Вааагх! Газгкулла вернется к ним.

Гризнак вновь обвиняет Гоффов в трусости, но те оправдываются, что люди на мосту «крутые» и в красной броне. Маздек вставляет, что красный цвет делает их быстрее, а Хрюнд добавляет, что они лишь «малька опешили» от плотного огня. Гризнак приходит в ярость, кричит, что не желает слышать отговорок, и заявляет, что они не смогли отобрать мост у кучки людей, и, возможно, они всего лишь шайка гретчинов. Вдалеке слышен рев боевого багги с кричалкой «эта-мы-идем», что воодушевляет некоторых орков палить в воздух. Гризнак вспоминает, как мечтал о горах добычи и знатной битве, вступая в Вааагх! под знаменем великого Газгкулла Траки, но вместо этого столкнулся с упорным сопротивлением и ужасающими потерями. Он не боится смерти, ибо для орка это лишь возвращение к Горку и Морку, но его терзает одиночество: все его закадычные друзья погибли.

Гризнак перебирает в памяти павших товарищей. Зогу Отгрызу-нос погиб в битве за Хельсрич, когда болтерный снаряд вышиб ему мозги. Стрилялу переехал большой танк людей, когда тот пытался забраться на него по тракам. Тихозлоб пал в ближнем бою от копья мужественного всадника, чей наконечник взорвался. Манурк погиб у стен Гадеса в сражении с самим Ярриком, стариком с дурным глазом, о котором ходят слухи, что он может убивать орков одним взглядом. Гризнак размышляет о том, что этот пустынный мир оказался чудовищным: бури губят целые ватаги, кислотные реки разъедают до костей. Именно поэтому переправа так важна — она нужна для возможного отступления, хотя сама мысль об этом противна его природе. Вааагх! — это триумф, и Вааагх! Газгкулла, величайшего военачальника, не должен потерпеть неудачу, но Гризнак чувствует, что все идет именно к этому.

Города-ульи перестали сдаваться, людские армии не бегут, к ним поступают подкрепления, а проклятые космодесантники низвергаются с орбиты. Фабрики людей производят танки и оружие, в то время как оркам не хватает еды и патронов. Гризнак, несмотря на низкое положение, понимает, что Вааагх! проигрывает, и эта мысль его выбешивает. Он решает действовать. Гризнак собирает отряд и произносит пламенную речь, заявляя, что они возьмут переправу, перейдут реку и «угостят 'юдишек сапожком». Он обещает лично повести их в атаку и предупреждает, что любого, кто струсит, ждет его топор. Орки и гретчины хором отвечают «Так точна, босс!». Гризнак приказывает проверить пушки, заточить топоры и готовиться к штурму. Гретчины должны обеспечить прикрывающий огонь. Убедившись, что его парни готовы, Гризнак издает клич «Пагнали!». Отряд выскакивает из лощины под град болтерных снарядов, но Гризнак, не обращая внимания на опасность, рвется вперед, стреляя из болт-пистолета, уверенный, что на этот раз мост будет ихним.